(Не)Мой (Не)Моя (СИ)

— Каминский, подари мне чертов оргазм, и пусть это будет долго… — потянулась, начала целовать, медленно и мучительно. Хочу мужчину. Хочу быть под мужчиной. — Мне не нужны чувства, лужайка и зайка, только секс…

Глава 23

Яна"

"Каминский, может, и не спал с пациентами, но целовал меня так, что все уходило на задний план, а его руки голодными лихорадочными движениями касались моих ягодиц и бедер. А я хотела, очень хотела: его лично или в принципе мужчину? А это важно? Каждый сантиметр моего тела нуждался в страсти и ласке. Это настолько необходимо мне, что дышать трудно.

— Пошли… — в губы, с глухим надрывом. Мы, целуясь, не разжимая объятий, хаотично хватаясь друг за друга, буквально упали на заднее сиденье его машины. Я не могла ждать. Я не хотела ждать!

Короткая куртка улетела куда-то практически сразу, а декольте моего шлюхо-платья разъехалось в стороны, открывая прозрачное бра и острые пики сосков. Я оседлала Артема и потерлась о вздыбленный пах мокрыми трусиками. Такой фейерверк в теле, что я текла, словно в первый раз испытав запредельное сексуальное возбуждение. Это воздержание мне было просто необходимо, теперь отчетливо понимала это.

Я женщина, и я все еще могла испытывать дикую страсть. Все было у меня в голове. Сейчас… Я просто отключила ее!

— Ах… — вздрогнула и простонала, ощущая на коже сухие губы и жадные руки. Каминский сдвинул бюстгальтер и терзал мои груди: сжимал и мял полушария, кусал и посасывал соски. Я тоже стремилась добраться до его кожи: дрожащими пальцами расстегивала рубашку и активно работала бедрами. Он не был во мне, но это даже в кайф, это подстегивало и срывало крышу.

Лихорадочные стоны и рваное дыхание прорезал щелчок ремня. В салоне слишком темно, а света фонарей не хватало, чтобы видеть друг друга, только ощущать кожей, чувствовать губами, дышать ароматом наших тел. Бархатистая настойчивая головка коснулась моего бедра, а палец лег на клитор. Массирующие движения через тонкую ластовицу заставляли дрожать в нетерпении.

— Я надену, — накрыла его руку и забрала квадратик с презервативом. Зубами рванула упаковку и, сдвинувшись, прямо посмотрела на упругий член с темнеющей крупной головкой.

Я сглотнула и раскатала по стволу силикон. В браке, после рождения сына, пила таблетки, более эффективный метод защиты. Сейчас нет, не за чем гормоны пить, а толку нет, как и секса…

Я демонстративно приподнялась и распахнула платье окончательно: пусть смотрит, мне не стыдно, мне не страшно. Я неидеальна, и мне это нравилось. Шрам — не дефект, это изюминка. Как странно, ни один мужчина, видя меня голой, не убежал, а я все равно стыдилась. В их глазах не было отвращения, оно исключительно в моей голове.