(Не)Мой (Не)Моя (СИ)

Даже Артем пожирал меня тяжелым алчным взглядом, и я, сдвинув в сторону полоску трусиков, обхватила жесткий ствол и медленно ввела в себя, задыхаясь от невероятной наполненности. Ни один резиновый член этого не заменит. Как и имитация вагины. Мужчина нужен женщине, а женщина — мужчине, на самом древнем уровне.

Пришла очередь Каминского рвано выдохнуть, сжимая мои бедра до сладкой боли. Мне не нужно было много времени: моя смазка обильно текла по стволу, возбуждение на пике, клитор пульсировал и горел от нарастающего оргазма. Мне понадобилось не больше пяти минут. Я кончила сама и Артема довела до выстрела.

Он и сам не ожидал, по лицу видела, по шумному дыханию, по жестким завершающим движениям. Очень быстро и запредельно ярко.

Я слезла с него и как пьяная приземлилась рядом на сиденье. Мы не говорили, просто дышали. Я сквозь пелену густых ресниц смотрела, как Артем отточенным движением снял презерватив и, связав, выкинул на дорогу. Ай-ай-ай, не хорошо мусорить. Я поежилась от ночной прохлады, запахнула блестящее платье и посмотрела прямо на Каминского:

— Отвезешь домой?

— Отвезу. К себе. Мы быстро закончили.

Следующий раунд состоялся у него дома. Я не успела ахнуть, как Артем зажал меня прямо в прихожей, сорвал платье до талии и, закинув ноги себе на пояс, жестко ворвался на всю длину. Я ухватилась за ткань рубашки, комкая и сминая. Это были совсем другие чувства и ощущения: движения острые, смелые, резкие. Сложно вздохнуть и выдохнуть. Пошлые шлепки от обилия соков вгоняли в краску, но прекращать не хотелось. Наоборот, эта звериная похоть меня заводила.

— Ласкай себя, Яна, — велел Каминский, и я запустила пальчики между ног. На него смотрела, чувствовала, сжимала внутри и себя ублажала.

Это особый вид наслаждения.

— Я не на таблетках, — предупредила, балансируя на грани.

— Я чистый, — Каминский сделал пару глубоких резких толчков и вынул член. Толкнулся в свою руку и кончил мне на живот, измазывая всю и даже это невозможное платье…

Я проснулась от острого желания попить. Рассвет едва занимался, постель раскурочена, Каминский спал голый на животе, уронив руку на пол, а я ощущала себя наездницей: все дрожало, а между ног саднило. После длительного воздержания меня буквально отутюжили.

Мне понравилось. Никакого больше целибата!

Я осторожно, избегая резких движений, исследовала квартиру, разыскивая кухню. Если вчера запомнила правильно, то мы сейчас где-то в историческом центре."

"Комнаты просторные, потолки под четыре метра, а окна узкие и высокие. Квартира не обжита, только спальня и кухня, которую я все-таки нашла. В доме все еще висел запах свежего ремонта, не было мелочей, которые могли рассказать о хозяине, и мебели в других комнатах. Берлога, в которой мужчина ночевал, не больше.