Не отпущу, моя девочка

— Где она сейчас?

— Понятия не имею, — поднимаюсь из-за стола и иду в спальню ща шмотками, Майя семенит следом.

— Не верю.

— Уехала. Взяла бабло и свалила.

— Ты дал ей денег?

— На первое время. Можно сказать, откуп, чтобы она больше не лезла к Марату.

— Он страдает.

— Пострадает и перестанет."

"— Мы с ним виделись на днях, случайно столкнулись. Он с Василисой был. В парке, а я с Сашкой недалеко в кафе встречалась.

— И что? Пожаловался на несчастную любовь? — надеваю брюки.

— Нет. Рассказал про маму, про Олю. Про тебя спросил. Вы с ним почти не общаетесь.

— Не имею желания, — застегиваю пуговицы на рубашке.

— Он твой брат.

— Я за него рад.

— Арс, так нельзя. Что за манера записывать людей во враги? Причем навсегда. Он ничего плохого не сделал. Ничего ужасно плохого.

— И я его с этим поздравляю, — подбираю пиджак, а Майя вздыхает.

— Я сказал ему, что, как ты вернешься, мы заедем в гости. В дом твоих родителей.

Раздражаюсь и бросаю на Майю не самый добрый взгляд.

— Что? На меня тоже будешь орать и во враги возводить?

— Не буду. Но могла бы посоветоваться.

— Ты тоже бы мог посоветоваться, когда творил всю эту дичь с Таей.

— А, вот куда ты завернула. А я все думаю, откуда ноги-то растут, — ухмыляюсь.

— Ты же понимаешь, что перейти грань очень легко, а вот вернуться — сложно.

— И какую грань я в твоей голове уже перешел? Поделишься?

— Ты поступаешь, как все те люди, чьи дела лежат в сейфе у следователя.

— Занимательно.

Майя подходит ближе, обнимает со спины. Тычется лицом мне между лопаток.

— Можно ведь по-другому. Не обязательно становиться таким.

— Каким?

— Жестоким.

— А ты не в курсе, что я доброй ромашкой никогда не был?!

— В курсе. Но можно ведь стараться поступать правильно.

— Я поступил так, как считал нужным. Для меня это было правильно. Мы вроде обсуждали уже, что…

— Люди не меняются. Я помню. Просто мне за тебя страшно.

Она шепчет, а у меня дыхание перехватывает. Поворачиваюсь к ней лицом. Обнимаю.

— Я тебя услышал, — кладу ладонь ей на затылок и прижимаю к своей груди. — И я правда пробовал по-хорошему. С разговорами. Но иногда они не помогают. Ты же это понимаешь?

— Понимаю, — кивает. — Просто… Зло, оно всегда возвращается злом, Сенечка. Всегда. Я верю в карму, верю, что никому ничего не сходит с рук просто так. Просто представь, что когда у нас будет ребенок…

Она еще что-то говорит, но я уже не слышу. Фокусирую все свое внимание на ее последних словах.

У нас — и ребенок. Наш. Ее и мой. Это почему-то поражает.

Я о таком не думал. Вообще. Мне нужна была Майя. Всегда. Она одна.

Ребенок.

Мой и ее.

Сердце сжимается. Накатывает какое-то бессилие, когда пошевелиться не можешь, но именно сейчас оно приятное.

— Хорошо? — переспрашивает, и я киваю.

— Конечно, — киваю, не понимая вообще, чему.