Не отпущу, моя девочка

 — Ты насчет работы думала? — решаю спросить. Раз уж у нас с утра такие разговоры.

— Думала, думала и ни к чему пока не пришла.

— Понял. Выбор я твой, конечно, в любом случае поддержу, но если решишь остаться в отделе, то будет это не очень искренне.

Майя смеется.

— Ну спасибо и на этом, — поправляет ворот моей рубашки. — Я просто не придумала еще, кем хочу быть, если не следователем, — жмет плечами.

— Мамой?! — само собой как-то вырывается.

Майя замирает. Стоим как два истукана, пялимся друг на друга.

— Поехали. Ты опаздывала, — моргаю и подталкиваю ее к двери.

— Да. Точно. Опаздывала.

Как только отвожу Майю в отдел и она вылезает из машины, набираю номер своего человека.

— Сворачивайся.

— Я уж нашел к ней подход.

— Сворачивайся, говорю.

— Ладно. Понял. Вылетаю первым же рейсом.

Сбрасываю звонок, прижимая угол телефона к подбородку. Не то чтобы я пропустил слова Кудякова мимо ушей, жестить не собирался, просто хотел, чтобы эта сучка почувствовала то, что чувствовал я. Нанял так называемого профессионального соблазнителя. Хотел отыграться на Ийке ее же методами.

А теперь?

Теперь после слов Майи передумал.

— Арсений Дмитриевич, едем?

— А, да. Поехали. В офис.

***

— Ты уже прилетел?! — удивленно реагирует отец на мое появление в своем кабинете.

— Ночью еще, — кладу ему на стол папку и выдвигаю для себя кресло, чтобы присесть. — Отчет.

— Посмотрю, — кивает.

Замечаю, как внимательно он меня рассматривает, и это, если честно, раздражает. Приходится приложить усилия, чтобы не съязвить.

Последние дни отец в хорошем расположении духа, и это неудивительно, потому как мама окончательно восстановилась. Не хочется портить ему малину своей кислой рожей вперемежку с едкими замечаниями.

— Как дела вообще? — интересуется и просит секретаршу принести нам кофе.

— Нормально, — откидываюсь на спинку кресла, закидывая ногу на ногу. — Работаю.

— Как Майя?

— Лучше всех.

На тему Майи я разговаривать не собираюсь, да и не привык, в общем-то.

— Хорошо. Это хорошо, — папа кивает, барабанит пальцами по столу, все еще удерживая на мне долгий, пронзительный взгляд.

— Что? — не выдерживаю. — Говори, давай уже.

— По работе это выходит как-то проще, — произносит со вздохом.

— Согласен, раздавать приказы у тебя всегда получалось гораздо лучше, чем воспитывать детей.

— И ты в этом абсолютно прав, — без толики обиды соглашается наш Дмитрий Викторович.

Наблюдаю за тем, как отец поднимается из-за стола, подходит к окну, поворачиваясь ко мне спиной, и замирает.

Все эти мхатовские паузы жутко бесят, и сегодня я не делаю исключения."

"— Может, к делу? — поторапливаю. Не первый раз за собой уже замечаю вот эту спешку, если я не считаю, что собеседник скажет мне что-то важное либо на кону не стоят миллионы.