Нечестивые клятвы

- наконец сказала я, когда его осмотр стал чересчур пристальным.

— Поэтично сказано. - он одобрительно кивнул мне, прежде чем продолжить. — Но я думаю, что в тебе больше веры, чем ты думаешь. Ты веришь, что, бросив мне такой вызов, не будешь убита. Ты веришь, что рассказывая мне о своих мечтах и умоляя меня не убивать их, ты заставишь меня…

— Я не умоляла.

— Разве нет?

Он двинулся на меня. Я боролась с желанием отступить.

— Ты - пылающий клубок противоречий, anima mia. Ты заставляешь меня гадать, что сделаешь дальше. В тебе очень много веры, даже если ты этого не осознаешь.

— Я не... - попыталась я.

Он протянул руку и коснулся моей щеки, лишив меня слов. Затем тыльной стороной пальца погладил меня по скуле.

— Ты веришь, что я могу стать лучшим человеком, чем был до тебя, и я не знаю, кто из нас более глуп... ты, потому что веришь, или я…потому что вообще обдумываю это.

Он смотрел мне в глаза с таким напряжением, что одно неверное движение могло разнести нас обоих. Мы были пороховой бочкой и спичкой, отчаянно требующие контакта.

Его пальцы скользнули по моей щеке и заправили волосы за ухо.

— Если ты веришь в Бога, а я уверен, что где-то глубоко внутри ты веришь, то знай… - говоря это, он наклонился и прижался губами к моему уху.

От его теплого дыхания по коже побежали мурашки. — Он подарил мне тебя. Нам суждено было встретиться. Судьба сплела нас вместе, и эти нити никогда не распутать. Твой Бог хотел, чтобы ты была у меня... И теперь, когда ты у меня есть, я никогда не отдам тебя обратно.

Я покачнулась, внезапно почувствовав слабость в коленях. Может быть, это страх вызвал во мне прилив жара, а затем ледяную дрожь? Все мое тело покалывало его глубокого рокота и абсолютного богохульства его слов.

Он был сумасшедшим, и все же его шепот в моем ухе был самым горячим опытом в моей жизни.

Возможно, я была сломлена сильнее, чем думала.

Он оставался в этой позе долгие минуты, его губы касались моей кожи. Если бы я повернула голову, мой рот встретился бы с его.

Я ждала.

Он ждал.

Я не шевелилась.

Не спеша Ренато отстранился.

— Я подумаю над твоими доводами, а ты подумай, почему я должен позволить тебе это. - ухмылка скользнула по его невыносимо красивым губам. — Может быть, ты сможешь убедить меня.

В сухом тоне сквозило веселье, словно моя боль и страдания казались ему забавными.

И какой же отклик вызвала у меня его насмешка? Мокрые трусики и колотящееся сердце. Мечты о том, чтобы он захватил зубами мои твердые соски.

— Я ненавижу тебя, ты в курсе?

— Нет, маленькая медсестра, я думаю, что это не так, и это беспокоит тебя больше всего на свете.

Я оттолкнула его, и он позволил мне.

— Я действительно ненавижу тебя, и однажды ты получишь все, что заслуживаешь. Возможно, у меня сложные отношения с Богом, но я верю в карму.