Недетские забавы (СИ)

— Да я ему не нужна как адвокат, он просит меня следить за людьми, втираться к ним в доверие, изображать из себя невесть кого, — жалуюсь, как капризный ребенок, и умалчиваю, что Федулов предлагает быть его любовницей.

— Алисонька, мы не всегда честно работаем. Наша главная задача — защитить клиента. Любым способом.

— А если он справедливо наказан? — уточняю, хотя примерно знаю ответ.

— Мы не судьи. Да и забудь про справедливость, ее не существует, — подтверждает мои догадки.

Встаю с кресла, снова смотрю на мигающую букву и понимаю, что она перестала подавать сигналы жизни.

Она погасла. И я тоже погасла.

Прощаюсь с мужчиной, отвечая на его робкие объятия, выхожу из кабинета и плетусь в сторону уборной. Слезливая Алиса тут как тут. Когда-то я буду вспоминать этот период, как самый тяжелый. Надеюсь, когда-то он обязательно закончится.

Вытираю слезы бумажной салфеткой, попутно захватывая шмыгающий нос. Телефон звонкой трелью звенит в сумочке, хочется послать весь мир, скрыться дома под одеялом и ждать, когда проблемы сами по себе рассосутся и исчезнут. Только вот в розовых очках я давно не живу и знаю, что я — единственная кто может их решить.

— Да, — отвечаю на звонок, видя на дисплее имя Федулова, но если не буду брать трубку, он все равно меня найдет. Прятаться нет смысла.

— Ты плачешь? — замечаю, что мужчина редко здоровается. Всегда начинает диалог с конкретики. Мой шмыгающий нос не остался незамеченным.

— Нет, просто приболела.

— Не ври! — отрезает мужчина, — Что случилось?

— Да какая к черту разница, — устало говорю.

— Опять истеришь? Алис, прекращай.

— Ты случился, жизнь после встречи с тобой пошла под откос. Зачем ты попросил добавить дополнительный пункт в контракт? — сжимаю крепко телефон, словно боюсь, что он выпадет из трясущихся рук.

— Алис, так было нужно. Я чувствовал, что ты захочешь сбежать. Мне нужен был рычаг.

— Я чувствую себя вещью, которой распоряжается кто угодно, — признаюсь. — Отпусти меня.

— Я не могу.

— Можешь! — давлю на мужчину. Хотя это выглядит больше как жалостливая просьба.

— Без тебя уже никак, маленькая.

— Удаленькая, — огрызаюсь.

Слышу его смех. Тихий и хриплый.

— Я не могу пока тебя увидеть, это небезопасно, — начинает мужчина.

 — Встреться с Мишуровым тет-а-тет. Скажи, что твой партнер хочет с ним переговорить.

— Какой еще партнер? Кто хочет увидеться с Дмитрием Львовичем?

— Я, — чеканит Павел.

Я присаживаюсь на диван в приемной, голова слегка кружится. Мысли путаются.

— Мне больше не нужно скрывать, кто я есть?

— Не говори ему ничего, просто договорись о нашей с ним встрече. Это не он мутит воду.

— А кто?

— Ткач, падла.

Пропускаю мимо ушей нецензурную брань. Привыкла к таким выпадам со стороны Федулова.