Нелюбовь

А сейчас что? Есть этот дурацкий охранник Володя, а Леше даже приближаться нельзя… черт. Мне совершенно все это не нравится.

– А он оказался умнее, чем я думал, – усмехается в трубке папа, довольный происходящим. Бросаю гневный взгляд на Володю, хотя в глубине души понимаю, что он не виноват. Банально исполнитель, заказчик – отец. Но я сейчас так сильно зла, что все вокруг виноваты!"

"– Пап, к чему ты это устроил? – Я открываю дверь и захожу в квартиру, запираясь на все замки. Все это ужасно. Просто ужасно! – Нет, просто скажи, что я такого ужасного вдруг сделала? За что ты со мной так? – Я правда не понимаю! Я же сама сказала, что никаких охранников мне не нужно!

– Я забочусь о твоей безопасности, Дарья! Пока тебя преследует маньяк, нанять охрану лучший из выходов.

Или что мне надо было сделать?

– Позвать к себе? – усмехаюсь я. По щеке слеза катится. Присаживаюсь на корточки к Вольту и чувствую, как он слизывает языком соль с моей кожи. Заботливый мальчик мой.

– Приезжай? – Папа больше спрашивает, чем говорит утвердительно. Он даже не подумал об этом… с ума сойти можно.

– Поздно, пап. Я уже ничего не хочу.

Бросаю трубку.

Что слушать? Очередной бред? За последние полчаса наслушалась вдоволь. Не хочу больше.

Еще немного сижу с собакой прямо на полу в прихожей и практически спиной чувствую присутствие этого Володи за стеной. Ужас.

Через полчаса нахожу в себе силы встать и пойти умыться. На мне все еще мокроватый сарафан с одной оторванной лямкой, нужно переодеться и привести себя в порядок.

От пережитого стресса с маньяком у меня начинает болеть горло. Черт… самая банальная проблема: нервы выходят боком для здоровья.

Делаю теплый чай и выпиваю таблетку, когда на телефон приходит сообщение.

Леша.

Чудовище: Ты в квартире? Одна?

Рыжик: Да, спасибо, что беспокоишься.

Чудовище: Тогда спи, рыжая. Сладких снов.

Последнее сообщение от Леши читается особенно грустным голосом. Я сажусь на диван, укутываюсь в плед и невольно вспоминаю, как он прикрывал похожим пледом меня в машине. Меня снова в дрожь бросает. А осознание того, что видеться мы теперь вряд ли будем, – заставляет грустить.

И что мне делать?..

Глава 20

ЛешаЧетыре дня назад я привел Дашу домой, вручил в руки телохранителя и, как думал, навсегда исчез из ее жизни.

Или она из моей.

Мы не виделись четыре дня. Она не пишет. Я не пишу. Помощь ей моя больше не требуется, какой смысл в нашем общении? Мы ничем не связаны. Каждая наша встреча сопровождалась тем, что я либо помогал ей добраться куда-нибудь без приключений, либо от этих самых приключений спасал. Но все закончилось. Теперь ее задницу, которую постоянно куда-то тащит, спасает другой мужик, которому велено меня на пушечный выстрел не подпускать к рыжей.

Отец Даши странный. Но в целом его можно понять.