Ненавистная жена

Он берет ее рукой за подбородок и негромко обещает, расцепив свои бескровные губы:

— Если не будешь паинькой, я выбью тебе зубы… дорогая, и заставлю их съесть. Поняла?

— Да.

— А теперь иди.

Анжела уходит, а я опускаю пустой стакан рядом с собой, по-прежнему тяжело дыша.

В комнате тихо, и в этой тишине вдруг слышится звук зажигалки — это светловолосый тип решил закурить. Подойдя к столу, который стоит сбоку у стены, он опирается о него бедрами и затягивается сигаретой, продолжая рассматривать меня невыразительным взглядом.

— Так вот она какая… Мышь! — отзывается неприятным тоном. — Ничего так женушка у Ярого. Все-таки везучий он сукин сын. Я бы тебя, девочка, тоже каждый день натягивал, чтобы стала послушной не только папке. Или еще натяну… А, Бугор, как думаешь, понравлюсь я ей?

Я продолжаю молчать. Обращаются не ко мне, так что силы лучше экономить.

Впрочем, Макар тоже не спешит отвечать приятелю. То, что эти двое связаны, я догадалась, как только услышала их голоса.

Вместо ответа, бывший телохранитель сухо бросает мне, растягивая слова:

— Ну, привет… Давно не виделись, Марина.

Комната, в которой я нахожусь, небольшая, и похожа на дачный вариант чьей-то спальни, а значит, мы скорее всего за городом. Единственное окно прикрывают жалюзи, но обстановка далека от скромной — этот дом определенно жилой и хозяин не бедствует. Хотя бывает здесь редко — воздух запылен и пахнет сыростью. А сам дом, судя по размеру комнаты, не отличается простором.

Меня по-прежнему душит духота, к которой добавился сигаретный дым. Присутствие двух крепких мужчин в ограниченном пространстве, плюс запертая дверь, давит едва ли не сильнее, чем спертый воздух. И это ни что иное, как продуманный расчет.

Наверняка, вид у меня жалкий, но внутри я натягиваюсь, как струна. Если страх и вползает в легкие, то я его не ощущаю за собственным холодом, овладевающим телом. Он заставляет мои пальцы впиться в чужой диван, а кровь застыть в венах, не позволяя ей разогнаться до паники.

Неужели я и правда холодная сука?

— Не так уж и давно, — отвечаю мужчине, напряженно следя за ним, — раз не успела по тебе соскучиться.

— Осторожнее, Марина, — недобро предупреждает Макар. — Я думал, ты умнее.

— Тебе показалось. Что за дрянь ты заставил меня вдохнуть?

— Эфир. Доза минимальная. Ты не должна была отключиться, лишь потерять контроль. Не хотелось раньше времени делать тебе больно.

Он бы сделал «больно», это читается в его глазах, и слышится обещанием в тембре голоса. Я всегда чувствовала, что охранник отца — темный тип.

«Сволочь!» — выдыхаю одними губами, но Макар слышит.

Подойдя ко мне, он отбирает пустой стакан и берет меня за подбородок, как совсем недавно Анжелу. Вот только в мое лицо, подняв к себе, смотрит намного пристальнее.