Ненавистная жена

Входная дверь не заперта и, дернув ее на себя, я вбегаю в дом. Оглянувшись по сторонам, сворачиваю из холла круто влево, хотя двойные двери передо мной открыты, открывая часть большой гостиной, и вбегаю в темный коридор.

Сенсорный светильник, реагирующий на движение, тут же загорается и гаснет, когда я пробегаю мимо, попав в хозяйственное крыло коттеджа. Повернув в проем, упираюсь руками в какую-то дверь и толкаю ее… Толкаю снова, ударяя ладонями, но безуспешно!

Из двери торчит ключ. Заметив его, я проворачиваю последний в замке, достаю из замочной скважины и забегаю внутрь. Закрыв за собой дверь на защелку, поворачиваюсь… и вдруг замечаю в незнакомой комнате человека.

Это мужчина, высокий и очень худой, с небрежно отросшими волосами. Босой, в одних штанах и футболке, он сидит на краю кровати, обхватив голову руками, и покачивается взад-вперед, как маятник.

Я так запыхалась, пока убегала от своих похитителей, что у меня с трудом получается сказать:

— Помогите! Помогите мне, прошу вас!

Он вовсе не похож на агрессивного человека. И что-то с первого взгляда выдает в нем инертность — возможно, излишняя худоба или отсутствие реакции на мое появление. Я вбежала с шумом, который сложно не услышать, и все это выглядит странно… — комната с решеткой на окне, разбросанные в беспорядке вещи, замкнутая дверь.

Может, он глухой?

— Эй, вы меня слышите? — я делаю шаги к незнакомцу и осторожно касаюсь его плеча… — Эй?!

И вдруг в изумлении отдергиваю руку, отшатнувшись, стоит ему поднять голову и посмотреть на меня.

Мы никогда не виделись с этим человеком раньше и не были знакомы. Вряд ли в своей прошлой жизни он знал о моем существовании. И тем не менее, стоит мне увидеть его лицо, я сразу же понимаю, кого вижу перед собой.

Но как это может быть правдой?

— Кирилл?!.. Кирилл Корнеев?

На тех фотографиях, которые я видела в доме его отца… нашего отца… мой брат выглядел иначе — уверенным в себе прожигателем жизни, с рукой в отцовском кошельке и ехидной улыбкой избалованного мажора. То, что я о нем слышала и читала, не добавляло ему плюсов. Он плохо учился в школе, бросил университет и не раз имел дело с полицией. Его мать не скрывала от меня, что он имел зависимость к азартным играм и запрещенным веществам, плевал на мораль общества и закона, что в конце концов его и сгубило. Об остальном я догадалась сама. Но я была уверена, что он…

— Ты… жив?

Он еще достаточно молод. Сколько ему? Кажется, не старше Ярослава, а выглядит, как бледная тень себя.

Когда он заговаривает, его голос звучит резковато, с капризными нотками. Так говорят те, кто привык требовать и просить. А если надо, то и умолять, но получать свое.

— Кто ты? Я тебя не знаю.