Непреднамеренное отцовство

— А ты почему не спишь? Поздно уже, — голос подводит, потому что за странным теплом в груди появляется и кое-что другое. Жар. Желание.

— Я… — София на мгновение отводит глаза. — Работала.

Да, точно. Алиса снова отправила ей большой заказ. Под видом другой фирмы, конечно. И, кстати, фирма весьма не прогадала, когда я решил онлайн обратиться к Софии. Хотел проверить, на что она реально способна. И она за неделю, работая удалённо всего несколько часов в день, сделала больше, чем весь экономический отдел за этот же период. Она действительно крутой спец.

— Есть хочешь? — спрашивает тихо, будто сомневаясь, нормально ли вообще спрашивать ей у меня это. — Там есть рагу. Ещё горячее, на плите.

Я совершенно не голоден, но отвечаю обратное.

— Я бы попробовал.

— Положу, — кивает и отворачивается к столу.

Меня знобит и жарит одновременно. Я пил, и это точно не тот фактор, что поможет сдержаться. Пусть и немного пил.

Хочется прикоснуться к ней. Необходимость буквально. Жажда.

Мягко подхожу и останавливаюсь сзади. Близко. София замирает, но остаётся на месте. Я чувствую её нежный запах. Не яркий парфюм, а что-то нежное, цветочное. Может, просто мыло. И сама она тоже пахнет охренительно.

Доходит, что в руке всё ещё держу портфель с документами. Аккуратно ставлю его прямо на стол сбоку и слышу тихий задушенный вздох.

Осторожно, боясь спугнуть, прикасаюсь пальцами к её плечам и чувствую, как в ответ нежная кожа покрывается мурашками. Хочется схватить её, сжать изо всех сил в своих руках. Обладать её хочется. Присваивать.

София вздрагивает, когда я чуть сжимаю её плечи и утыкаюсь носом в волосы, глубоко втягиваю их запах, выдыхая шумно через рот. Закрадывается нехорошая мысль вдруг.

— Ты боишься меня? — спрашиваю тихо.

— Ты снова пьян, — не даёт прямого ответа.

Боится. Или думает, что только пьяным я могу проявлять к ней интерес.

— Это не влияет на моё желание. Лишь обнажает.

София колеблется. Сглатывает и тоже шумно выдыхает. И расслабляется. Совсем чуть-чуть, но мне достаточно, чтобы понять её согласие.

Но тут чёртов портфель, неудачно, видимо, поставленный, заваливается на бок. И из него прямо перед Соней на стол выпадают чёрные кружевные женские трусы.

Какого хера, блять?

Соня каменеет. Я буквально ощущаю от неё волну отторжения. Она разворачивается и после долгого взгляда прямо в глаза уходит.

Я не удерживаю её. Это было бы унизительно. Для неё.

Сам же вскипаю от злости. Несложно догадаться, чьих это рук дело.

Заигрался ты, дружище.

* * *Утром уезжаю рано. Соня и сын ещё спят. В офисе тоже народу мало, ведь рабочий день ещё не начался. Но Алиса уже на месте.

— Доброе утро, Ярослав Юрьевич, — встаёт она, когда я вхожу в приёмную. — Кофе?

— Да, пожалуйста. И Бразинского вызови.

— Хорошо.