Несудьба

– В первую очередь я попросила быть осторожнее. Я чуть не упала и не оставила себе ожог из-за вас.

– Меня? Это ты выперлась на середину дорожки.

– Я шла по самому краю, не моя вина, что вы занимаете большую ее половину. А теперь спасибо за испорченную майку, день и настроение, мне пора идти. – Я выдавливаю из себя самое жалкое подобие улыбки в мире и разворачиваюсь, чтобы уйти, но он хватает меня за руку, возвращая на место. И хватает очень больно. Очень! Чуть выше локтя он спокойно обхватывает мою руку двумя пальцами, но мне совершенно это не нравится.

– Отпустите, мне нужно идти, – говорю, надеясь, что голос не дрожит позорно.

– Слушай сюда. – Он наклоняется ко мне, и от этого становится еще страшнее. – Я понятия не имею, кто ты такая, но за языком своим надо следить, поняла?

– А то что? – звучит где-то сбоку, и клянусь, мне сильно все равно, кто это, я просто выдыхаю в облегчении и прикрываю глаза. – Ударишь девушку, которая в четыре раза меньше тебя?

– Слышь, мужик, тебе какое дело? Иди куда шел.

– Я сюда и шел. – Мне на плечо ложится тяжеленная рука, и я открываю глаза, замечая Лешку Захарова. Ты же мой хороший.

– И руку свою убери. – Еще один голос и еще одна рука на моем плече. Это Колосов.

А потом подходит Сережа, обнимая меня сзади за талию, Савельев, который за шкирку отводит этого бугая куда-то на разговор, и еще вся команда «Феникса», вообще-то, спасая меня от этого тугодума.

– Мальчики, – говорю я, всхлипывая от адреналина. Я правда очень испугалась. Колосов и Захаров убирают свои руки, спасая мой позвоночник от угрозы перелома, а Сережа так и стоит сзади, обнимая. Сейчас я не против. – Спасибо вам большое. Он идиот какой-то, сам меня толкнул, а потом разбираться пришел.

– А где защитники-то твои? – хмыкает Сережа. – Что-то не видно их на горизонте.

Самое время померяться достижениями, конечно.

– Не знаю. Главное, что вы были рядом, – решаю потешить их самолюбие и говорю это с улыбкой. Между прочим, очень искренней.

– Конечно, были, – улыбается Егор. Он всегда улыбается. – Ты же наша.

Он подмигивает мне, и они уходят, оставляя нас наедине с Сережей. Он все еще нагло обнимает меня и прижимается сзади, уложив подбородок на мою макушку, словно ни у него, ни у меня нет каких-то дел и нам никуда не надо спешить.

– Сереж…

– Еще минутку, – бормочет он, и я почему-то думаю, что стоит он с закрытыми глазами.

– Мне правда идти надо, перед завтраком есть дела. – Я убью себя за то, что сейчас скажу, но… – Подожди меня минутку, пожалуйста, я сменю майку и, если хочешь, ты проведешь меня до медпункта, чтобы больше никакой лось на пути мне не встретился.

– И олень, – говорит он, явно намекая на Макса, но я только закатываю глаза и убегаю в свою комнату.