Нет моей вины (СИ)
Его лицо дрогнуло, но из очереди он так и не вышел. Пришлось ей стоять с ним и говорить при всех. Растрёпанная, лохматая, красная, она тяжело дышала от бега. Такой её и запомнил Артём. — Артём, — она схватила его руку, но он тут же высвободился. — Выслушай! Я знаю, что Олеся устроила какую-то провокацию! Поверь мне! Не уезжай! Дай время, я выясню всё! Суворов молчал. Его очередь приближалась. — Артём! — в отчаянии воскликнула Катя, видя, как он протягивает проводнику билет. — Я беременна! Почти шесть недель, Артём! Его лицо опять дрогнуло, но Катя видела, что он не поверил ей. Пожал плечами и бросил, поднимаясь по лестнице в вагон: — Если беременна, сообщи отцу ребёнка. Причём тут я?
Вот только ему нужны были наследники, а Олесечка наша после многочисленных походов к врачам забеременеть не могла. Чего только ни делала! Лечилась у лучших врачей, к знахаркам ездила, по всяким святым местам, к святым мощам, и в Израиль к Иордану… На Луну только не слетала! Это делала, как его? Не операцию, а…
— ЭКО? — подсказала Катя.
— Да! Несколько раз делала, всё бесполезно. Неудачно.
Кате не было жаль Олеську. Зря Жора сказал, что она, Катя, добрая. Нет, она не добрая. И всепрощение ей несвойственно. Извините уж!
— Дал ей пинка её олигарх, выставил с той самой сумочкой, с которой когда-то взял. Нашёл себе другую женщину, которая ему детишек нарожала. А Олеська покатилась по наклонной. Она вроде меня сейчас. Может, не пьёт столько, но видел я её года три назад, она к родителям приезжала. Опухшее лицо-то, и сама вся расплылась. Тебя, Бабушкина, лет на двадцать старше выглядит. Напились мы, вот она и рассказала мне всё, не выдержала. Ревела белугой. Живёт сейчас там в Сочи с каким-то, держат что-то вроде борделя. Знаешь, у дур молодых паспорта отбирают и заставляют «работать». На Олеську-то уж клиент не клюёт…
Жора опять хрипло рассмеялся. А Катя подумала о том, что её не интересует тема мести и возмездия. Она бы предпочла не видеть Жору и не слышать о них с Олесей ничего, совсем!
— Я дам тебе денег, Жора, — Катя поднялась. — Но при одном условии. Обещай. Нет, клянись!
— Что обещать-то? В чём поклясться? — обрадовался он.
— Забудь о Суворове, — сквозь зубы процедила Катя. — Не смей к нему на пушечный выстрел приближаться со своими байками, понял? Иначе я нанимать никого не буду, сама тебя закатаю куда-нибудь, своими руками! Понял?! И ко мне больше не приходи, не показывайся на глаза! Не дам больше потом ни копейки! И позову охрану или полицию, если тебя увижу вдруг!
— Понял, понял, — обрадовался Жора и тоже встал. — Нужен мне больно этот Суворов, неженка твой! Тем более, ты платишь!
Катя выгребла из сумочки всю наличку, какая была, швырнула ворохом на скамейку и быстро скрылась в здании клиники. Есть расхотелось.
* * * * * * * * * *
В среду рано утром Артём стоял в пробке по пути на работу. Он думал. Думал, хорошо, что выехал так рано, ему плохо спалось вот уже несколько ночей, после ужина с Катей."
"Он тщательно обдумывал их встречу, весь разговор в подробностях, их поцелуй, и пришёл к выводу, что Катя обманула его. Она говорила, что он должен уйти, что не хочет говорить с ним. Но это были лишь слова. Её глаза говорили другое, и уж совсем другое говорило то, как она целовала его в ответ. У него до сих пор всё внутри замирало, когда он вспоминал тот поцелуй.
Опять он, Артём, понял всё лишь задним числом… Задним умом… Через…, не иначе! Тугодум.
Он импульсивно схватил телефон и набрал номер Кати. Не в сети.
Подборки для вас
Мистика
Все книги →
Похожие книги
Звонок с неизвестного номера
Пешка в большой игре
По тонкому льду
Неверный муж (СИ)
Карабинер (СИ)
