Моя. По закону мести
– Дурочка! Куда ж ты лезешь?! – настойчивый и возмущенный шепот подруги настиг Дуню. Она торопливо сняла очки и пыталась убрать их в футляр. Пальцы дрожали, а потому получилось не сразу.– Я знаю, куда лезу, – негромко, но твердо возразила Дуня.– Он сожрет тебя за секунду! Сломает! – в отчаянии прошептала Анюта. – Ты же нежная фиалка. А он… Он зверь!– И пусть! Пусть, Анют! У меня нет другого выхода! – сдерживая слезы, выдохнула Дуня, а потом робко уточнила: – Ань, как я выгляжу?– Для меня непривычно, – хмуро ответила подруга, – и не факт, что этот, – девушка мотнула головой, указывая в нужную сторону, – клюнет. Как по мне, так лучше, если он тебя вообще не заметит.
И ведь изначально не планировал. Думал, отсидится в особняке. Не собирался Тамир маячить и портить людям праздник.
Анька все испортила. Похерила все планы. Встряхнула его всего лишь двумя фразами. Ну и да, платьем своим улетным. И отсутствием лифчика.
Вредная девчонка, упрямая.
Тахиров не сразу понял, что довольно долго тупо пялится на прямую спину и хрупкие плечи. Рассматривает, будто сто лет не видел женского тела. И каждая линия казалась Тамерлану загадочной. Он не знал, какой на вкус может быть эта молочная кожа. Не знал, закрывает ли Анюта глаза во время оргазма.
Но отчаянно хотел узнать о ней все. Включая сорт любимого кофе и на какое время у нее установлен будильник по утрам."
"Для Тахирова подобные мысли оказались чуждыми. По утрам? Да он на дух не переносил, если вдруг оттраханная им баба оставалась у него на ночь. О совместных завтраках даже речи не шло. Никогда.
А теперь появилась Анюта и все испортила. Или, наоборот, наладила.
Тамерлан жадным взглядом изучал несмелую улыбку, мелькнувшую на хорошеньком личике. Аня как раз повернулась к нему, о чем-то коротко, парой фраз перебросилась с Воронковым. Макс, точно пиявка, прилип к Анютке. А Тахиров все больше злился.
Какого, блин, черта этот говнюк лезет?! Аня ведь совсем не к Максу приходила каждый день! Совсем не ему притаскивала апельсины, которые Тамерлан на дух не переносил, но ел. Только бы Анюта приходила к нему еще и еще.
Да и вообще! Он первым ее увидел.
Хочет девочка секса, она его получит!
Тахиров понимал, что не стоит прямо в церкви придумывать альтернативы непосредственному, так сказать, слиянию двух тел. Но ничего не мог с собой поделать. В голове Тамира так и всплывали картинки того, как он пустит в ход руки, пальцы, язык. И пусть, как правило, Тамик не проявлял инициативы в оральном сексе, сейчас же совершенно иная ситуация. Да ведь и Аня – не простая и не обычная девушка.
Тамерлан не торопился покидать церковь. Ждал, когда Гоша с женой, охрана и пара-тройка гостей выйдут на улицу. Что именно задержало Тамира здесь, в самом дальнем углу помещения? Он не знал. Будто что-то заставило остановить коляску перед огромной иконой. Он даже не помнил, чья она, кто на ней изображен. Не особо разбирался. А застыл, впитывая странные эмоции.
– Говорят, у нее очень долго не было детей. Но муж все равно не отказался от нее.















