Моя. По закону мести

Кажется, это был коридор клиники, но именно здесь собрались люди Ирбиса, ожидая результатов операции. И пусть двери операционной находились совершенно в другой стороне, всем собравшимся было четко видно, как старается весь медицинский персонал.

Наверняка, на таком безмолвном присутствии во время операции настоял Ирбис. В его духе – держать все под своим контролем. А Дуня была уверена, что и в этот раз у мужа обязательно получится. Да и Тахиров не имеет права уйти так просто и легко. И решимость в глазах Анюты, пришедшей в себя после обморока, это лишний раз подтверждала.

* * *Из клиники последующие часы никто не уехал. Сложная операция давно завершилась, однако ни парни, ни сам Ирбис не покинули свой пост. Кто-то все же отлучался, привез чистые вещи для Георгия, а для Дуни и Анютки – пледы и подушки. Либо же последние предоставило руководство медучреждения? Дуня не знала ответа. Все, что девушка знала: она должна быть рядом с мужем.

Со стороны Ирбис выглядел прежним, жестким, суровым, непоколебимым. Но Дуня отчетливо чувствовала, как изредка подрагивают мужские пальцы на ее затылке или плечах. И в такие секунды девушка понимала, что даже Георгий Ирбис иногда нуждается в поддержке.

И Дуняша оставалась рядом.

Стояла, обнимая мужа за пояс, когда врачи закончили операцию, и хирург вышел к ним в коридор с новостями.

Была рядом, когда доктор описывал всю сложность перенесенных ранений и не ручался за последствия.

Внимательно слушала и пыталась хоть как-то поддержать мужа, когда профессор подвел итог: было сделано все возможное, а дальше все зависит от самого Тамерлана. Захочет ли он бороться за свою жизнь? Станет ли это делать?

Анна уже не плакала.

Так же внимательно слушала, обхватив себя руками за дрожащие плечи. И не сводила взгляда с прозрачной стены, за которой Тамира подготавливали, чтобы доставить в реанимационное отделение. И, конечно же, не пустили к нему. Смотреть со стороны – можно, а приближаться запретили.

Но Анютке и этого хватило. Непривычно бледный мужчина выглядел жутко, хотя Аня честно считала его красавчиком. Впалые щеки и темная щетина делали Тамика гораздо старше. НО! Он был жив, дышал! И операция, если верить врачам, прошла успешно.

А дальше… У Анютки было стойкое чувство, что просто так Тахиров не сдастся.

Он же упрямый, как баран! Он не упустит шанса. Аня в это верила.

После Ирбис распорядился и оправил парней. В клинике на ночь остался только он сам, Дуняша, Анюта и Макс с Вадимом. Анна подозревала, что в холле, у входов, да и на парковке тоже дежурили охранники, но в самой клинике и в коридорах их не было.

Эти сутки были самыми тяжелыми из всех, которые были у Анны. Пожалуй, именно они запомнятся навсегда.

* * *– Так, девчонки, собираетесь домой.