Невеста для злодея
Во времена, когда само слово «актриса» считалось синонимом слова «куртизанка», у Мадлен Суонн из театра на Ковент-Гарден не было никаких надежд на лучшее будущее, кроме как в буквальном смысле продать себя тому, кто заплатит больше. Красавица и надеяться не могла, что Нейтан Этвуд, виконт Роули, внезапно предложит ей не содержание, а законный брак!О чувствах не шло и речи – бунтарь Нейтан просто хотел унизить своей скандальной женитьбой ненавистного сноба отца и шокировать лондонский свет, а потом навеки покинуть Англию, оставив Мадлен богатой и титулованной женщиной. К несчастью, это не помешало Мадлен пасть жертвой очарования своего мужа. Однако хватит ли ее любви, чтобы превратить жестокий каприз виконта в счастливое супружество?..
И эта болезнь унесла жизнь его старшего сына… Как можно злиться из-за того, что она, Мадди, улучшила внешность девушки?
Мадди не собиралась извиняться за то, что помогла бедняжке.
– Да, я применила немного пудры и краски, чтобы сделать шрамы менее заметными. Вы не должны ее ругать. Это целиком моя вина. Видите ли, я умею быть очень настойчивой и убедительной!
– Я никого не виню, – проворчал граф. – Моя дочь выглядела исключительно красивой прошлым вечером. Похоже, я должен поблагодарить за это вас.
Гилмор поднялся из-за стола, отодвинув свой стул. Мадди же уставилась на него в изумлении.
Глава 16
Два часа спустя Мадди все еще размышляла об этом разговоре. «Граф Гилмор все же не лишен человечности», – подумала она. В этот момент в залитую утренним светом комнату вошел его сын.
При появлении высокого и широкоплечего Нейтана в просторной гостиной комната сразу стала казаться меньше. Светло-коричневый сюртук оттенял золотистые искорки в его глазах, а телесного цвета бриджи и высокие черные сапоги подчеркивали длину его ног.
Когда он открыл рот, чтобы заговорить, Мадлен приложила палец к губам и бросила многозначительный взгляд на леди Гилмор, дремавшую в кресле напротив.
Подбородок старой графини опустился на грудь ее сизо-серого платья. Глаза на морщинистом лице были закрыты, и слышалось ее тихое похрапывание. Она заснула минут десять назад, и Мадди не хотелось ее тревожить.
Осторожно закрыв книгу, лежавшую у нее на коленях, Мадди отложила ее в сторону, поднялась с кушетки и на цыпочках подошла к двери, где стоял Нейтан.
– Какое облегчение, – произнесла Мадди с чувством. – Твоя бабушка была ужасно вздорной все утро.
– Наверное, переутомилась вчера на балу. – Нейтан улыбнулся и провел ладонью по щеке жены. – А на тебе это, похоже, не отразилось. Хотя ты точно спала меньше, чем она.
Мадди ощутила приятную дрожь, пробежавшую по телу. Прошедшей ночью муж был особенно внимателен к ней и воспламенил ее до такой степени, что и после пережитого экстаза она все еще наслаждалась произошедшим.
Взяв себя в руки, Мадди сказала:
– На самом деле я и сама засыпала, пока читала ей. Книга сухих проповедей – не лучшее средство для поддержания человека в состоянии бодрствования.
Нейт же вдруг нахмурился и пробурчал:
– Я думал, ты читала для собственного удовольствия. А ты, значит, читала вслух бабуле?
– Я всегда это делаю по утрам.














