Невеста для злодея
Во времена, когда само слово «актриса» считалось синонимом слова «куртизанка», у Мадлен Суонн из театра на Ковент-Гарден не было никаких надежд на лучшее будущее, кроме как в буквальном смысле продать себя тому, кто заплатит больше. Красавица и надеяться не могла, что Нейтан Этвуд, виконт Роули, внезапно предложит ей не содержание, а законный брак!О чувствах не шло и речи – бунтарь Нейтан просто хотел унизить своей скандальной женитьбой ненавистного сноба отца и шокировать лондонский свет, а потом навеки покинуть Англию, оставив Мадлен богатой и титулованной женщиной. К несчастью, это не помешало Мадлен пасть жертвой очарования своего мужа. Однако хватит ли ее любви, чтобы превратить жестокий каприз виконта в счастливое супружество?..
К ее удивлению, Гилмор первый отвел глаза. Он внезапно поднялся и прошел к камину. Потом повернулся и, глядя на нее, проговорил:
– Тебе следует знать, что вчера у меня состоялся разговор с его светлостью. Уже после того, как вы ушли. Он расспрашивал о твоей жизни, о том, где ты была все эти годы. Боюсь, что я не смог его просветить. Пожалуй, только совсем немного…
Мадди застыла в напряжении.
– Он расспрашивал обо мне?
– Конечно. Ты же его внучка. И он выразил желание снова тебя увидеть.
Мадди охватило волнение. Не в силах усидеть на месте, она вскочила на ноги.
Наконец, овладев собой, Мадди сказала:
– Зачем мне видеться с ним? После того, как он поступил с моей матерью столь жестоко…
– Успокойся, Мадлен, – перебил граф. – Нельзя винить его за то, что он проявляет интерес к своей внучке, о которой ничего не знает. По правде говоря, я позвал тебя сюда именно по этой причине. Он просил меня передать тебе приглашение. Хочет, чтобы ты приехала к нему на чай сегодня пополудни.
* * *Мадди следовала за лакеем в белом парике и алой ливрее по парадной лестнице дома герцога Хутона.
"Граф Гилмор хотел сопровождать ее на встречу с герцогом. И был очень настойчив. Но Мадди проявила еще большую настойчивость и отправилась на встречу одна. Она не хотела подчиняться свекру. Тем более что он склонял ее к примирению с герцогом…
Несколько минут спустя, шурша своей зеленой юбкой, она уже следовала за слугой по длинному пышно убранному коридору.
Было очень соблазнительно отклонить приглашение. Она ничем не была обязана герцогу Хутону. Да, конечно, они являлись родственниками, но их совершенно ничего не связывало. Однако же…
Ей вдруг пришло в голову, что вчера было сказано далеко не все. Сегодня же она все расставит по своим местам. Потому и решила приехать.
Лакей отступил в сторону и, поклонившись, доложил:
– Леди Роули, ваша светлость.
Когда слуга удалился, Мадди вошла в просторную утреннюю столовую, убранную в цвета осени – золотистый и красный. Из высоких окон лился свет полуденного солнца. Картины на стенах изображали сцены охоты. То там, то здесь стояли фигурки фарфоровых собачек.
Сегодня герцог Хутон сидел не в инвалидном кресле, а на кушетке у камина. Несмотря на идущее от огня тепло, поверх его коленей лежал плед. Чуть подавшись вперед, он прищурил глаза – как будто плохо видел и хотел рассмотреть гостью получше.














