Невеста младшего брата (СИ)
— Кем вам приходится эта девушка? Смотрю на перепачканного её кровью хирурга и прихожу в оцепенение. Перед глазами образ бездыханной Ивы, которую увезли в реанимацию. Она должна была сделать аборт! Я приказал! Проследил за исполнением ультиматума! Мать вашу! Как она обвела меня вокруг пальца? — Она — ошибка моего младшего брата, — придя в себя, судорожно выдыхаю. Про себя заключаю, что и моя в том числе. — Максим Андреевич, нужно определиться, кого спасать будем? Её или вашего племянника? Времени на раздумья не осталось. Малейшее промедление — потеряем обоих. Я думал, после одной жаркой ночи мы больше никогда не встретимся. Но судьба распорядилась иначе. — Какой у нее срок? — резкий скачок артериального давления. — Семь месяцев. И меня прошибает ледяным потом.
Прижимаюсь всем телом к горячему мужчине…
— Ма-а-акс… — всхлипываю, сотрясаясь от очередного мягкого, но глубокого толчка. Глаза слепит от удовольствия. Ищу губами его губы. Он ловит мои. Вгрызается зубами в нижнюю. Закатывая глаза, приглушенно шипит:
— Малыш-ш-ш… Если потеряю контроль, будет больно…
И пусть.
Мне сейчас так хочется этой жгучей боли.
Душераздирающей и приятной.
Не той, что была вначале.
Эта одуряющая.
Хочется ещё и ещё…
Глубже…
Сильнее…
Резче…
Острее…
Чаще…
— Пожалуйста…
— Ива-а-а.
Не выходя из меня полностью, он вновь врезается до упора. Поднимает, вынуждая сесть на край стола. От его прикосновений становится жарко. Я вся горю. Обнимаю за сильную шею. Царапаю ногтями затылок. Прижимаюсь так крепко, что уже не оторвать…
Толчок — и я выгибаюсь. Синхронно стонем. Его язык вторгается в мой рот, ласкает и выманивает мой. Сплетаемся ими. Я глотаю его слюну. Схожу с ума от вкуса Пожарского. Дурею. Не помня себя, жадно отвечаю на поцелуй. Плавные движения его члена во мне разжигают пламя. Внутренний жар становится всё сильнее. Скапливается внизу живота острым возбуждением. Превращается в кипучую страсть. Пульсирующее желание, которое я испытываю впервые в жизни, доходит до пика, едва не взрывается во мне. Стискиваю влагалищем его член.
— Чер-р-рт! — прорычав, Пожарский резко замедляется, вызывая у меня почти болезненный стон. — Ива, не надо. Не делай так больше. Будет быстро, малыш.
— Еще, пожалуйста, ещё… — не в силах терпеть адское напряжение, молю продолжить.
В ответ раздается несдержанное рычание. Следом возобновляются осторожные толчки.
— Ещё… — обнимая его крепче, заставляю войти глубже.
— Ива-а-а… — над ухом раздается очередной рык.
— Глубже… — хриплю я и следом срываюсь на громкий стон, когда Пожарский, потеряв всякое терпение, доводит меня резкими ударами до сумасшествия."
"Теряю счет времени. Чувствую. Чувствую. Чувствую его. Всего. Срываюсь на крик от пронзающего ощущения наполненности, обессилено шепча: «Ещё… ещё… Макс… ещё…». Выгибаясь навстречу его резким движениям, хаотично царапая его шею, спину, затылок… В порыве страсти прихватывая зубами плечо, когда удары члена ощущаются особенно глубокими и болезненными, а удовольствие достигает наивысшей точки, после которой следует долгожданная разрядка.
Взрываюсь так ярко, что едва не теряю сознание. Содрогаюсь. С громким надсадным криком улетаю. Что-то падает со столешницы на пол. Отстраненно отмечая грохот, прижимаюсь всем телом к вспотевшему мужскому торсу. Сотрясая стол, Пожарский стискивает меня в объятиях. Целует. В перерывах между ругательствами горячо шепчет какой-то ласковый бред. Стонет в губы и рычит моё имя.















