Невеста со скальпелем 2

Хотя… Точно! Я же могу вспомнить надписи на полосках, когда мы с Карой были в храме.

Свёкор хмыкнул.

Я ограничилась пожеланиями благополучия и мира во всём мире, вернула карандаш. Свёкор писал чуть дольше.

В зале появились младшие жрицы и жрецы, и именно им следовало отдать записанную молитву. Верховный зажёг на алтаре огонь, и младшие начали сжигать бумажные ленты. Хорошо, хоть небольшими пучками, а то страшно представить, насколько всё затянется.

Я, честно говоря, уже подустала, а мне ещё про медицину вещать, если ничего не изменится.

Полоски сгорали быстро и бездымно.

Я развлекалась тем, что пыталась унюхать гарь, но её не было. Наконец, ленты кончились, и Верховный затушил пламя. Всё, наконец? Куда там! Младшие жрецы и жрицы принялись вынимать из рукавов цветы и бросать на пол перед алтарём. В ход шли гортензии, анютины глазки, незабудки. Словом, никакого единства. Часть цветов бросила вместе со стеблем, от роз сыпали либо только лепестки, либо бокалы цветков, без колючей ножки.

Очень быстро на полу получился рыхлый, но довольно толстый цветочный ковёр.

— Что происходит? — какой-то новый ритуал? Что я должна о нём знать?

— Просто смотри, — успокоил свёкор."

"Из-за неприметного выступа в стене старший жрец вывел странно одетую девушку. Одежды не просто не жреческие, их вообще можно сказать, нет. Серое рубище выглядело мешком с прорезями для головы и рук.

Я обеспокоенно оглянулась на свёкра, но никаких разъяснений не получила. Ладно… В любом случае я не имею никакого права вмешиваться в вековые традиции, и остаётся только смотреть, тем более ничего страшного не происходит, а девушка выглядит воодушевлённой.

Девушка встала босыми ногами на цветочный ковёр, прошла в середину и, широко улыбаясь, повернулась к нам:

— Я благодарю Батиту, Верховного ключника, ключниц и ключников за оказанную мне высочайшую честь принять меня в первый из дней Пятидневья Батиты.

Что-то фанатичностью повеяло.

Я уверилась в своих подозрениях, когда девушку взахлёб начала рассказывать, как счастлива посвятить свою жизнь служению богине. Зато без человеческих жертвоприношений. Мало ли…

Верховный жрец задал ритуальные вопросы, и девушка ещё раз подтвердила, что осознанно и добровольно от всей души желает стать ключнице.

Будущая жрица легла, и ключники, видимо, успевшие пополнить растительные запасы, принялись закидывать её цветами.

И если поначалу выглядело даже красиво, то по мере того, как сыпались всё новые и новые цветы, я забеспокоилась:

— А она не задохнётся? — толщина цветочного ковра стала, наверное, сантиметров сорок.

— Вряд ли, — качнул головой свёкор.

Звучит совсем не обнадёживающе.