Невинная для Сурового (СИ)

Слишком рискованно бежать от Айдарова. Не могу так подставить свою семью.

Значит, все? Решение принято?

Наверное.

Горечь растекается внутри.

А какой у меня выбор?

Единственная надежда — с Айдаровым можно договориться. Вроде бы. Ну такое ощущение возникает из нашего общения.

Он разрешил мне снова заниматься учебой. Это не может не радовать.

Пусть и пришлось поцеловать его. Лучше так. Чем если бы он запер меня в четырех стенах.

На следующий день Айдаров приезжает снова. И не просто так.

— Идем, — говорит он, едва увидев меня.

Остаётся только подчиниться.

Он уединяется со мной. В библиотеке. Как в прошлый раз. Никто ему и слова не говорит против. Даже моему отцу приходится снова все это проглотить. Выбора нет.

С Айдаровым не спорят. Если он захотел провести время наедине со своей невестой, значит, так тому и быть.

— Держи, — хрипло заявляет мужчина.

Протягивает мне прямоугольную коробку, обитую красным бархатом.

Только сейчас замечаю, что у него что-то есть в руках. В таком напряжении сейчас, что даже простейшие вещи ускользают из моего внимания.

— Что это? — спрашиваю тихо.

— Сама посмотри, — бросает Айдаров.

Глаз от меня не отводит.

Помедлив, открываю коробку. Увидев содержимое, застываю.

Даже не знаю, как реагировать. Просто смотрю перед собой обомлев.

— Нравится? — раздается вопрос.

Поднимаю взгляд на Айдарова.

Такое не может не понравиться.

Но…

— Благодарю вас, — отвечаю тихо. — Такого подарка не ожидала.

— Это не подарок, — выдает Айдаров. — Это для тебя.

Снова смотрю вниз. На темно-красном бархате сверкают драгоценности. Видимо, бриллианты. Уж слишком ярко они мерцают, буквально слепят.

И еще какие-то камни. Насыщенный голубой цвет.

Даже не знаю, что это такое. Может быть, топаз?

Ожерелье. Серьги. Браслет. Кольцо. Внутри целый набор.

— Красивые камни, — говорит Айдаров. — К твоим глазам подходят.

Растерянно киваю.

— Давай, примерь, — прибавляет он. — У моей жены должно быть все самое лучшее.

Надеваю драгоценности. Получается с трудом. Пальцы не слушаются, нервно подрагивают.

Кажется, для Айдарова я… лишь вещь. Выгодное приобретение, которое будет подчеркивать его статус. И эти камни нечто вроде огранки.

Холодные. Бесчувственные.

От любимого человека я бы радовалась самой простой золотой цепочке. Да что там. Можно и без золота вовсе.

А тут — надеваю и дышать еще тяжелее. Особенно когда он подступает вплотную ко мне, проходится голодным взглядом по моему лицу, по телу.

— В день свадьбы наденешь, — говорит. — А когда будешь ночью ждать меня в спальне, никаких тряпок на тебе видеть не хочу. Только это.

Не успеваю ничего сказать. Хотя кажется, он и не спрашивает сейчас ни о чем. Всего секунда — и его рот жадно впечатывается в мои губы. Полностью берет под контроль. Душит.