Невольник. Том 1-2
Говорят, сапер ошибается один раз. Вот и меня, лейтенанта Базилевского, подрыв фугаса отправил в небытие.Очнулся в герметичной капсуле, стремительно несущейся в космическом пространстве. На предплечье высокотехнологичный наруч, а безэмоциональный, искуственный голос твердит прямо в ухо:— Заключенный, решением суда вы пожизненно отправлены в зону А-1. Инструкции получите после приземления.Что вообще происходит???
— Виктор, отступай к шатру! — крикнул я, и, уже спускаясь с насеста, произнёс ключ-активатор: — Бандерлоги!
— Енот! — раздался выкрик егеря, это он активировал одно из своих усилений. И тут же ещё один возглас: — А, сука! Я ранен!
Да твою повдоль и поперёк! Что ж там за перец такой попался, что может так далеко перемещаться, оставаясь под мимикрией? Главное, чтобы не стал добивать Виктора. По идее противнику сейчас нужно спешить, пока действует его мимикрия. А значит у земляка есть шансы. Чёрт, это ж надо так встрять на ровном месте! А ведь я должен был учесть эти чертовы усиления!"
"— Амбал! — отдал я ещё одну команду, уже очутившись на земле.
Стрелять начал от левого бедра, длинной очередью. Перечеркнул всё пространство перед собой, и таки попал в невидимку.
— Тух, тух! — два болта пробили вольному бедро и правый бок. Противник охнул, сложился пополам и завалился в траву. Не церемонясь, добавил ещё пару болтов — в грудь и голову. Всё, готов.
— Виктор, ты живой?! — попытался я крикнуть, и только сейчас понял, что мне трудно дышать. Сука, всё же пробил железную кожу? Или что-то другое?
— Кэп, в крови обнаружен неизвестный препарат.
* * *— Да я не знаю, как снимать этот шлем! Рука, у него левая рука без перчатки же! — голос Галины.
— Придётся резать. — это уже голос Сана. Я пытаюсь ответить, что я против того, чтобы меня резали, но губы не слушаются.
— Кэп, я деактивирую шлем. — словно издалека произносит искин. Секундой позже лица касается прохлада свежего воздуха. Пытаюсь вдохнуть его полной грудью, но в этот момент вновь накатывает темнота.
Следующий раз прихожу в себя от жара, распространяющегося из желудка. Он стремительно растекается по телу, возвращая чувствительность. Пытаюсь подняться, но мне что-то или кто-то давит на грудь.
— Лежи, приёмный, сок коавы только начал действовать. — раздается надо мной голос краснокожего. — Он выведет яд, и ты вернёшь подвижность.
Вновь накатывает тьма, но уже спасительная.
* * *В себя приходил медленно, словно пытался проснуться, но этому мешало принятое накануне снотворное.

















