Нежное создание (СИ)

От вида состояния матери, которой предстояло похоронить своего единственного сына, душа Ники стонала от жалости. Помимо её воли тихие слёзы холодили и без того холодные щёки.

Хенни выглядела не лучше. Постоянно повторяла:

— Как же так?

Она не могла ни на чём сосредоточиться. Бралась за уборку, бросала, шла готовить еду, которую хозяева не ели. Сидела без дела, беспомощно сложив руки на коленях, затем снова приступала к уборке. Беспрестанно утирала слёзы и шумно сморкалась.

После визита лекаря и выпитого кубка успокоительной травяной настойки, госпожа Маргрит забылась долгим беспробудным сном.

Ника тоже выпила большую чашку, но не настойки сомнительного состава с тошнотворным запахом, а виноградного вина из плетёной фиаски — подношения банкира, удивляясь в очередной раз вместимости бутыли — сколько ни пей, а дна всё не видно. Заснула тут же, сидя в кресле с подушкой под спиной, укутавшись в мягкий шерстяной плед.

* * *От резкого пробуждения Ника вздрогнула всем телом. Не сразу поняла, что её разбудил стук дверного молотка. Она прислушалась к торопливым шагам Хенни.

— Мне нужно увидеться с госпожой Маргрит, — спокойно заявил приятный мужской голос.

— Хозяйка отдыхают. Приходите завтра, — доложила служанка, видимо, собираясь закрыть дверь.

— Я пришёл с плохими вестями, — сказал визитёр громче и настойчивее.

Ника вскочила, чуть не упав. Задрожав, выпутывалась из соскользнувшего с плеч пледа. Тело ломило; сон в неудобной позе облегчения не принёс, хотя головная боль отступила.

Госпожа Маргрит тоже проснулась. Сев в постели, она уставилась на открытую дверь гостиной.

— Руз! — замахала руками, указывая дочери помочь ей спуститься с ложа и сесть в кресло.

В дверном проёме появился бравый немолодой мужчина в военной форме. За ним, нервно теребя передник и тяжело вздыхая, стояла Хенни.

Поздоровавшись с хозяйкой дома и её дочерью, старший бальи города Зволле сразу же приступил к делу.

Сообщив о смерти капитана Якубуса ван Вербума, он стал задавать вопросы хозяйке дома.

«Расследование причины смерти?» — Ника вскинула брови, остановив взгляд на красиво подстриженных усах и бородке довольно симпатичного местного дознавателя.

С беспокойством смотрела на «маму».

Ожидала, что после сообщения ту хватит удар или она упадёт в глубокий обморок. Но госпожа Маргрит жадно втянула воздух в лёгкие и выпрямилась в кресле. Побелевшие от напряжения пальцы сжали подлокотники.

Ника терялась в догадках: либо продолжалось действие успокоительной настойки, либо…

Она восхищалась выдержкой женщины. Если госпожа Ма до такой степени владеет собой, то и ей следует вести себя так же.

Странным образом Ника не испытывала ни мук совести, ни запоздалого сожаления о содеянном.