Няню заказывали? или (не) Спящая красавица

– У вас очень ловко получается сглаживать конфликты, – они остановились у пышной клумбы с мелкими цветками шиповника. – Откуда такой опыт?

– Достался по наследству. У отца сложный характер, и маме порой приходилось прибегать к подобным приемам. Но в моем арсенале осталось не так уж много хитростей, – предупредила Аврора.

Он улыбнулся, но она не столько увидела, сколько услышала это: свет фонарей едва пробивался сюда, добавляя интимного танца теней на лицах, а иногда полностью погружая во мрак: стоит сделать шаг – и ты в полной темноте.

– Думаю, Арчи не задержится надолго: он всё услышал и всё сделал.

Резкий порыв ветра обжег обнаженную спину прохладной влагой, и Аврора поежилась, обхватив себя руками. Небо чернело матовой синевой, и ни одного яркого пятнышка, ни одного светлого всполоха – звезды скрылись под черным пологом.

– Будет дождь, – заметила она и тут же запротестовала, когда Джеймс скинул пиджак, набросив его на хрупкие плечи. – Не стоит, правда, – но было уже поздно. – Вы с мистером Блейком соперничаете, почему? – решив направить беседу в нейтральное русло, поинтересовалась Аврора.

– Три года назад «Виккерс» выиграла тендер на постройку трех боевых крейсеров для британского флота. Арчи Блейк руководит «Би-системс» – нашим основным конкурентом. Сейчас Минобороны объявило конкурс на следующую партию – пять многоцелевых фрегатов, цена сделки примерно четыре с половиной миллиарда, – Джеймс хмыкнул, когда брови Авроры взлетели вверх, и добавил: – Ничего личного, просто бизнес.

Ей показалось, что он не всё рассказал и что во всем этом есть что-то еще, но, по сути, ей эта информация ни к чему. Она же всего лишь няня.

Пара прохладных капель снова сорвалась с неба – пришла пора возвращаться. Аврора сняла пиджак, возвращая, Джеймс быстро надел его, а она не удержалась и поправила черную бабочку, криво улыбавшуюся с кипенной белизны сорочки.

Джеймс успел перехватить ее руку и, легонько сжав, оставил горячий поцелуй на внутренней стороне ладони. Аврора ощутила, как заалели щеки, а сердце бешено ударилось в грудь: она ждала его внимания, хотела ласк, отрицать это было бессмысленно – пальцы ног не то, что подворачивались, они завязались в узелок, – но отчего-то боялась, что «это» всё-таки случится, поэтому, поправив закрутившийся от влаги локон, отступила к дорожке, к выходу из лабиринта чувств и желаний.

Джеймс не стал давить и навязывать свою близость, и Аврора была благодарна за это, не подозревая, что дело не в благородстве, просто место неподходящее, а она действовала на него как самый мощный афродизиак, поэтому уверенности, что получится ограничиться одними поцелуями, не было.

После их возвращения вечер наполнился пугающим, но томительным ожиданием.