Никто не хотел воевать
Двадцатитрехлетний Леонид и тридцатисемилетний Богдан двоюродные братья. Они родом с Украины, но вместе с родителями живут и работают в Москве на птичьих правах. Под Донецком у них живет бабушка. В июне 2014 года она перестала отвечать на звонки телефона после того, как ее поселок подвергся артиллерийскому обстрелу. Несмотря на противодействие матери, Леонид едет в зону боевых действий, чтобы узнать о судьбе бабушки и при необходимости вывезти ее. Независимо от брата на Украину едет и Богдан – с той же целью. Братья не собираются воевать, но волею судеб никогда не державший в руках оружия Леонид оказывается среди профессиональных «солдат удачи», воюющих на стороне ополченцев, а имеющий боевой опыт Богдан становится командиром взвода добровольческого батальона национальной гвардии Украины. Братья встречаются в Иловайске…
Командир долго сравнивал фото на первой странице с лицом Леонида, а потом начал озвучивать его данные:
– Леонид Михайлович Прокопов, 1990 года рождения, место рождения УССР, Донецкая область… зарегистрирован, город Курск…
– Ну, я же говорил, – обрадовался, что Леонид не «прогнал ему порожняк» «боец».
– Родители в Россию, когда переехали? – продолжал допрос командир.
– В 2002 году, мне двенадцать лет было. Шахту закрыли, работы не стало, вот мы в Курск и переехали, – Леонид самопроизвольно вытянулся по стойке смирно, хоть его этому и никогда не учили, и информации выдавал больше, чем у него спрашивали.
– Отец шахтер?
– Не, у меня родители маркшейдеры были, отец подземным, в шахте, а мать наверху в конторе сидела.
Пояснения не вызвали никаких эмоций, по всему для командира и остальных обитателей ангара они ни о чем не говорили – никто из них не знал специфики шахтного производства. Командир вернул паспорт и уже помягчевшим голосом сказал:
– Спасибо тебе, что с деньгами помог. А то мы тут все на мели. Нас не сегодня завтра на ту сторону перебросят, и ты с нами пройдешь, а там иди, узнавай про свою бабку. Располагайся, – командир царственным жестом обвел помещение ангара.
Леонид робко огляделся, не зная, куда ему приткнутся, но этот вопрос помог решить «боец», который его привел:
– Эй, малек… иди сюда, падай, возле меня матрац свободный.
Леонид осторожно присел на такой же, как и другие грязный матрац, в то время как позвавший его снимал с себя комуфляж, берцы. Оставшись в трусах и плотно облегающий его мускулистый торс черной майке, он достал из кармана разгрузки мобильник и пошел ставить его на зарядку в розетку, которыми был «усыпан» деревянный щит, смонтированный у задней стены ангара. Одновременно он снял с подзарядки, находящийся там десятидюймовый планшет, и убедившись, что он подзарядился, начал что-то в нем «искать». Остальные обитатели «базы» словно тут же забыли о Леониде. Кто-то дремал, вытянувшись на матраце, другие вполголоса переговаривались… Эту монотонную, душную, полусонную ауру, наконец, нарушил резкий стук в дверь. Это приехал мотоциклист с провизией. Ангар мгновенно «проснулся», засуетился. Откуда-то появилась пара допотопных электроплит, из большого бака черпали воду, резали овощи, мясо. Вскоре весь ангар уже благоухал запахом приготовляемой пищи…
После обеда-ужина все повалились отдыхать, а «боец» приведший Михаила, которого все звали Крест, оторвался от планшета, засунул его в свой рюкзак и совмещал отдых с тем, что объяснял Леониду, как ему повезло, что он именно на них «нарвался»:
– Границу можно перейти «по белому», то есть официально, через пограничный переход.