О чем он молчит

Другой бы на его месте любовался, он же вспоминал, что при свете дня в картине, представшей перед его глазами, нет ничего интересного.

Встреча курса длилась уже пару часов. Денис, почувствовав, что ему критически необходимо побыть в одиночестве, выбрался на балкон и к своему удовольствию нашел его совершенно пустым. Расставленные по периметру столики уже не пользовались спросом у гостей: если дни еще радовали теплом, то сентябрьские вечера были бескомпромиссно холодны.

Поежившись: костюм годился только на короткие побежки от пункта назначения к машине и обратно, — Денис медленно поднял к губам стакан и сделал глоток. Виски обжигающе растекся по горлу, на короткое мгновение вызывая в груди желанное тепло."

"Почти рассеявшийся туман, что окутывал мозг, крепчал с каждым глотком. Чего Денис и добивался, несмотря на собственные недавние намерения протрезветь: сегодня он уже выпил больше обычного. Стремился заглушить обнаружившуюся внутри него мучительную, выкручивающую нервы неудовлетворенность. Прежде всего душевную. Но та росла и росла, не внимая его попыткам утихомирить запустившийся самостоятельно процесс размышлений. Обо всем.

Денис чувствовал себя уставшим. До изнеможения вымотанным. Наверное, вопреки его убежденности, даже его рабочий ресурс не был вечным. Силы кончились разом: и физические, и моральные. Всякий быстрый взгляд на собственную жизнь — с теми обстоятельствами и перспективами, что имелись у него на данный момент, — порождал ощущение тяжеленного, неподъемного груза отчаяния в груди. Денис отмахивался. Днями, неделями. Быть может, уже безотчетно, он отмахивался и прежде: месяцами и годами.

Сегодняшний день и в особенности вечер выполнили роль катализатора. Последней капли в переполненной чаше.

Пока бывшие сокурсники и сокурсники с разной степенью откровенности и честности вываливали друг на друга подробности собственных жизней, Денис из становившихся с каждым часом громче речей выхватывал отдельные пункты.

Семья. Дети. Путешествия. Спорт. Друзья. Хобби. Искусство. Наука.

Планы, планы, планы.

Пункты — те самые, что когда-то мысленно расписывал для себя он. На будущие пять, десять, пятнадцать и даже двадцать лет.

Раньше у Дениса тоже были планы. Цели. Надежды.

В октябре ему стукнет тридцать шесть. В лучшем случае он отходил по Земле половину жизни, в худшем — большую ее часть. И вокруг него и рядом с ним не осталось никого и ничего.

Он ведь семью хотел. Детей. Дом в пригороде.

Путешествовать чаще хотел. Летать в Европу раз в несколько месяцев. Забираться куда-нибудь подальше каждые полгода.

Диссертацию докторскую в сорок пять собирался защитить. Больше преподавать, меньше работать грудью на амбразуру, когда появятся дети. Через пару лет после свадьбы. Они так планировали.