О чем он молчит

Изученный до каждой царапинки и потертости интерьер вызывал у нее смешанные чувства: от ностальгической грусти в одну минуту до яростного желания изменить все комнаты до неузнаваемости в другую. Она более чем могла позволить себе, пусть не лучшее, но вполне приличное обновление, которого давно требовала устаревшая по всем критериям квартира: обои потускнели и понемногу отходили от стен, потолки мечтали о былой белизне, а кафельная плитка в ванной — о более современной замене. Не существовало ни одной убедительной причины тянуть с переменами, но… что-то не давало Кате начать.

Работе не было конца, голову постоянно занимали другие беспокойные размышления, и лишь редкими вечерами, в которых вдруг обнаруживался небольшой промежуток свободного времени перед сном, Катя осматривалась вокруг и вспоминала: сначала прошедшее и только затем — свои намерения заняться ремонтом.

Она много, пожалуй, чересчур много, в последние дни думала обо всем, что когда-то случилось в этой квартире, о том, кто жил с ней здесь, будто не в силах была остановить пробившийся сквозь заслон отрицания поток мыслей. Причина виделась ей простой: оказалось невозможным не заметить, как сильно изменился Денис за минувшие годы — эти перемены в нем вступали в диссонанс с ее неявными, но, очевидно, существовавшими ожиданиями.

Катя не могла не признать, что вместо присущей ему врожденной легкости и наповал бьющей окружающих харизмы нетронутого бедами человека нашла тяжелую, пугающую мрачность. Сколько бы она ни пыталась игнорировать терзающее, давящее беспокойство, что тревожилось в одной из комнаток ее подсознания, отмахнуться от этого впитанного всеми ее органами чувств ощущения неправильности не выходило.

Иногда ей казалось, что во время двух самых близких встреч с Денисом за пять лет — в суде на прошлой неделе и перед тем — на форуме в Сочи, она прежде всего, на каком-то иррациональном, явно надуманном уровне восприятия улавливала предзнаменование беды.

Она не сомневалась, что подобные мысли, конечно, были глупостью. Обманом чувств. Неприятием действительности. Нелепым и навязчивым когнитивным искажением, от которого не найти покоя, но…

Денис… повзрослел. Слишком повзрослел.

Еще на сочинском форуме в декабре прошлого года она удивилась его внезапной, поражающей зрелости, что считывалась и в лице, и в фигуре, и в манере говорить, и в мимике — лишь раз или два за его выступления быстро исчезнувшими искрами промелькнули черты прежней беззаботности. В нем не стало меньше харизмы и истинно мужской красоты — напротив, как Катя однажды и предсказывала, он пополнил ряды тех мужчин, что ближе к сорока годам становились еще привлекательнее, чем в молодости.