Одержимость: Покоряясь тебе

Чего он боялся? Что может сдаться раньше, что его намерение причинить боль мне может пошатнуться?

– Подними руки, – ровным, лишенным эмоций голосом велел он, и я послушно подчинилась."

"Он сомкнул на моих руках кожаные широкие наручники, а потом прицепил их на что-то, чего я не могла увидеть. Но я больше не могла опустить руки. Я знала, что скоро они затекут, и мышцы будут ныть от такого положения, но все равно стойко молчала. Пусть хоть всю ночь так продержит, не стану умолять его!

Адам подтянул цепи, и мои голые ступни едва касались паркета.

Черт, а вот это уже совсем не хорошо! Если он оставит меня так надолго, мне трудно придется.

– А теперь, Грейс, хорошенько подумай над тем, что ты совершила, – удовлетворенно произнес он. – Я дам тебе для этого достаточно времени.

Дверь хлопнула, и я почувствовала, что осталась одна.

Он даст мне достаточно времени? Сколько: час, два, три, день, неделю?

Нет, столько я не протяну. Так и помру, прикованная наручниками к потолку.

«Так, Грейс, держись! Не кисни, только держись! Все будет хорошо, и ты выберешься из этого дерьма».

«Пусть бесится, пусть изворачивается, как хочет в попытке довести тебя до помешательства, ничего у него не выйдет.

Нет уж, я слишком дорожила своей жизнью, я любила жить. Кончать жизнь самоубийством из-за разыгравшегося придурка не для меня.

Не знаю, сколько прошло времени, как он ушел, но скоро мои мышцы начали затекать, а еще через короткий промежуток уже нещадно, болезненно ныли. Не самые приятные ощущения, когда твое тело вытянуто, как струна, и невозможно расслабиться, прогнать это зудящее напряжение.

Чтобы скоротать время и хоть как-то отвлечься от неприятного ощущения в теле, я стала тихонько напевать под нос.

Да что ж такое, сколько он собрался держать меня здесь? Садист проклятый!

Ужасно хотелось опустить руки, но стоило потянуть наручники, как они плотнее стягивали запястья. Терпеть с каждой секундой было все трудней, и я даже тихонько захныкала, мечтая о том, чтобы размять тело и расслабиться. А еще я немного замерзла. В комнате не было холодно, но я была полностью обнажена, и моя кожа покрылась мурашками.

По моим ощущениям, хотя думать ясно становилось все трудней, прошло не менее двух часов, когда я вновь услышала звук открываемой двери.

Я не знала, радоваться мне этому, или пугаться еще больше. Хотя, благодаря долгому пребыванию в подвешенном состоянии, жуткой ломоте в теле, ноющей боли в мышцах я просто отупела, и страх как-то померк, отступив на задний план. Пошел он к черту, пусть делает что хочет, только снимет меня отсюда.

– Ну что Грейс, с тебя достаточно? – Его вкрадчивый, милостивый голос раздался прямо передо мной.