Одесский листок сообщает

Лыков дал помощнику высказаться и взял слово:

– Вроде верно, но меня удивляет то, что все вы игнорируете важное обстоятельство.

– Какое? – встрепенулись полицейские.

– Да оно лежит на поверхности. Бандиты подъехали к кредитному обществу на пролетке. И умчались в ней, как только почуяли опасность. Когда зарезали кассира на Среднем Фонтане, там опять была пролетка. Явно та же самая. То есть извозчик обслуживал их целый день. Ясно, что это не простой фурман, а блатноги – специальный человек с бляхой, который работает на преступников.

– Очень вероятно… – пробормотал Черкасов, опять занося что-то в блокнот.

– Андрей Яковлевич! Есть же у сыскного отделения такие молодцы на примете?

– Кое-кто есть. И все как на подбор служат в извозном заведении Гамалея.

– Что за Гамалей?

– Дядя с Молдаванки. В молодости был хороший флокеншиссер [52]. Гехтелем [53] орудовал, как никто. Везучий был, песья кровь! Имел нюх на толстые муссометы [54]. Ни разу всерьез не попался. Как разбогател, купил патент на извозный промысел. А связи в фартовом мире все при нем остались.

– Типаж понятен. Сергей Манолович, свидетели описали экипаж, который стоял у ломбарда?

– Ничем не примечательный гицель на паре.

– Гицель?

– Так в Одессе называют лихача, – пояснил титулярный советник.

– Хм. Масть лошадей запомнили?

– Вроде гнедые… Никаких особых примет ни у экипажа, ни у возницы не имеется.

Лыков обратился к начальнику сыскного отделения:

– Андрей Яковлевич, у вас есть внутреннее осведомление по извозу Гамалея?

– Нет.

– Плохо! – вдруг строго заявил полицмейстер, до сих пор молчавший. – Очень плохо. Человек много лет возит налетчиков, а мы не имеем за ним надзора.

– Так ведь туда чужих не берут, только своих, проверенных, – стал оправдываться губернский секретарь.

– Найдите проверенного и завербуйте.

– Слушаюсь, ваше высокоблагородие.

Питерец дал одесситам высказаться и продолжил:

– Извозчик – это след. Как определить, кто сидел на козлах? Посмотреть журнал?

– Вряд ли такой особенный выезд занесли в журнал, – скептически заявил Азвестопуло. – Да и нет там никакого журнала. Сдал выручку, сколько положено хозяину, остальное – себе.

– Во всех городах есть извозчичьи заведения, – напомнил Лыков. – А в Одессе имеются?

– Нет, – вздохнул Черкасов. – Трактир «Старая Полтава» на Прохоровской у них вроде как излюбленный. Но там и гицели, и просто фурманщики, и балагулы, и биндюжники – все, кто кормится перевозкой людей или грузов.

– Опять ваши одесские особенности, – хмыкнул питерец. – Без переводчика не поймешь.

Сергей пришел на помощь шефу:"

"– Гицель – это лихач на дутых шинах, а фурманщик – просто извозчик. Балагул – ломовик, он перевозит тяжести на бенд-вагене, то есть пароконной телеге.