Одесский листок сообщает
Помощник Лыкова титулярный советник Азвестопуло поехал к родителям в Одессу, и там случилось несчастье. Бандит-изувер Степан Балуца убил стариков в их собственном доме. Лыков срочно прибыл на помощь Сергею, чтобы вместе с ним найти и наказать негодяя. Одновременно Военное министерство попросило Столыпина послать туда же опытного разыскника. Немецкие шпионы раздобыли секретный план минирования Одесской бухты на случай войны. Лыков с Азвестопуло вынуждены вести два дознания одновременно. Дело идет туго: в фартовом городе нелегко найти фартового человека. Кроме того, в Одессе много немецких колонистов, и они чуть не поголовно работают на германскую разведку. Шпионы, налетчики, контрабандисты – все сплотились против сыщиков…
– Благодарю за подсказку, ваше превосходительство. И за разговор в целом. Честь имею!
Доводы генерала были убедительны. С одной стороны, восемь лет каторги, с другой – премии в тысячи рублей. Выбор очевиден. А таможенные служащие, которые отделываются отчислением со службы, испытывают другие соблазны. Но как залезть в эту огромную и закрытую для посторонних лавочку?
В Российской империи всего четыре главные складочные таможни: Санкт-Петербургская портовая, Московская, Варшавская и Одесская. Последняя по объемам вывоза не имеет себе равных и даже обгоняет столичную. Но сыщиков больше интересовал привоз. Оказалось, что здесь Одесса в последнее время стала уступать. Всего-навсего пятое место, после Петербурга, Александрова, Вержболово и Ревеля. Азвестопуло подумал-подумал и привел в палату к Лыкову нового человека.
– Вот, Алексей Николаевич, знакомьтесь, – сказал он. – Это мой давний товарищ Сергей Владимирович Кузьминцев. Учились в одном классе гимназии. А теперь он владелец лавки колониальных товаров на Преображенской, угол Греческой. И большой специалист по интересующему нас вопросу.
Лыков поздоровался с гостем. Мускулистый, с обильной ранней сединой, вид независимый… Титулярный советник продолжил:
– Сергей Владимирович обещает честно ответить на наши вопросы. По старой дружбе. А мы взамен обязуемся не использовать полученные сведения ему во вред.
– Даже и отблагодарить можем, – подхватил коллежский советник. – В рамках закона. Облегчение с продлением промыслового свидетельства или что-нибудь в этом роде. Может, с приставом надо договориться? Только скажите.
– Да я сам решаю такие мелочи, – отмахнулся негоциант. – Но Сережа попросил помочь. Я готов, спрашивайте. Что вас интересует?
Лыков уселся на кровати поудобнее и начал с главного:
– Расскажите, пожалуйста, как в Одессе устроена контрабанда? Кто основная сила, а кто в запасных?
К удивлению питерца, гость ответил вопросом на вопрос:
– Какая из контрабанд вас интересует?
– А их что, две?
– Две. И они различаются.
– Хм. Тогда опишите обе.
Кузьминцев начал тоном ментора:
– Первая идет морем, а иногда и сушей и осуществляется силой и храбростью причастных к этому людей. Собственно, обыватели лишь такую контрабанду и знают.
– Вы имеете в виду фелюги, которые по ночам причаливают к пустынному берегу? А с них ловкие люди таскают ящики с турецким табаком?
– Примерно так, – кивнул негоциант. – Классика! Время от времени на них натыкаются пограничные дозоры или крейсера перехватывают в море. Но если все обошлось, груз попадает в одесские катакомбы и там отлеживается.
– Про катакомбы, пожалуйста, подробнее, – попросил коллежский советник. – Я, когда гулял по Ланжерону, видел в береговых склонах дыры наподобие пещер.














