Одесский листок сообщает

На него нет ни таможенных ярлыков, ни фактур. Любой полицейский заподозрит неладное, потребует бумаги – и конец торговле.

– Правду говорите, – согласился одессит. – Мало протащить товар на Большую Арнаутскую, где магазин купца Имярекова. Нужно его прикрыть сопроводительными документами. Тут в дело вступают евреи-граверы. Они фабрикуют нужные бумаги. Даже таможенную пломбу соорудят, не говоря уже про коносамент. Или же контрабандный товар как можно быстрее увозят прочь из города, за пределы пятидесятиверстной зоны. Там, как известно, внутреннюю торговлю уже не проверяют и бумаг не спрашивают.

– Значит, это была первая разновидность контрабанды, – подытожил коллежский советник. – Та, которую знают обыватели. И которую пытаются пресечь герои из корпуса пограничной стражи. Кто тут главные действующие лица? Греки?

– Они по преимуществу, – подтвердил негоциант. – Одесские греки тесно связаны с допголаками, греками малоазиатскими, – главными поставщиками восточных товаров. Вера-то одна, легче договориться. Турки шустрят на вторых ролях, русские с малороссами чуть-чуть подыгрывают.

– А немцы?

– Немцы для таких забав слишком законопослушные. Так-то они жулики не хуже остальных, если могут словчить – словчат. Но биться с пограничниками не в их обычае.

– А что вообще пограничники делают в Одессе? Неужели в черте города на пляжах по ночам действительно разгружают контрабанду? С трудом в это верится…

– Каждую ночь разгружают, – заверил сыщика негоциант. – По мелочи, с пришедших в гавань судов. А крупные партии идут другим маршрутом, в обход. Береговую линию охранять трудно. Одно время в моде был Аккерман, всю контрабанду выгружали там. Сейчас, я слышал, много везут из Румынии и доставляют в Килийское гирло. Но чем ближе к катакомбам, тем безопаснее. Потому пригородные лиманы удобнее всего.

– А что чаще всего тащат?

– То, что мало весит, но дорого стоит. Чулки, перчатки, корсеты, белье, кружева. Косметику и парфюмерию. Чай и кофе. Табак. Специи. Карточные колоды сейчас в большом ходу, их покупают клубы. Некоторые из наших специализируются на мануфактуре или обуви. Качественные сукна в цене, особенно английские. Порнографические открытки. Журналы. Спирт.

– Хорошо, Сергей Владимирович, я понял. Насчет катакомб интересно. Не там ли прячется тот, кого мы ищем?

– Балуца? – сразу догадался гость. – Очень даже возможно.

– И как нам с Сергеем Маноловичем туда попасть?

– Лучше туда не попадать, – осторожно возразил одессит. – Чужих под землей не жалуют. Больше скажу: даже тела не найдут. В катакомбах есть места, куда сто лет никто не заходил и не зайдет. Присыплют покойника каменной крошкой, и делу конец… Там много таких тайных захоронений. Некоторые из них я видел своими глазами.