Палачи и герои

Дантист знал, что одно лишнее движение – и пулеметчик в оборудованной огневой точке, держащий под прицелом дорогу, ведущую в леса близ Ровно, нажмет на спуск.

– Конечно, господин офицер! – польстил Дантист фельдфебелю, выпрыгивая из кабины грузовика. Водитель тоже спрыгнул на землю и привычно поднял руки.

– Вперед! Не оглядываться! – гаркнул фельдфебель и наградил Дантиста болезненным ударом приклада в спину.

Дантист шел, и внутри разливался холод страха. Чего им надо? Может, гестапо решило его ликвидировать? Или стал ненужным абверу? Или, совсем дикая мысль, партизаны передушили немцев и сейчас под их маской сортируют, кому жить и кому умереть?

Дантист шагнул за шлагбаум, прошел мимо мотоцикла у обочины. В стороне от дороги за зеленой полоской кустов стоял дощатый домик, где размещались жандармы.

Получив еще один удар, Дантист влетел в домик. И едва не упал под ноги майора Кляйна."

"– Осторожнее, герр Ковган, – майор указал на дощатую скамейку. – Присаживайтесь. Извините за экстравагантное приглашение, но в городе теперь встречаться опасно. Слишком много глаз.

– Чьих? – Дантист присел на лавку, пытаясь вернуть себе нормальное дыхание, чтобы голос не выдавал волнение.

– И ваших, и наших. А создание УПА поставило перед нами вопрос, который нужно разрешить.

– Какой?

– Цель. – Майор отхлебнул из фляги, запахло коньяком. – Согласитесь, что ваш народ злоблив и жесток. И нельзя мешать ему выпускать из себя зверя.

Дантист хмуро ждал продолжения.

– Этот зверь о тысячи головах – УПА. Он должен кого-то жрать, – продолжил куратор, озвучивая давно мучающие Дантиста мысли.

– Ваша правда. Казаки, так мы теперь именуем бойцов УПА, интересуются, когда будет настоящее дело.

– К сожалению, в массах ваших воинов растет озлобление в отношении нашей администрации. Виной тому продовольственные налоги и массовая отправка рабочей силы в Германию за лучшей долей.

Дантист едва сдержал горькую усмешку. Ну да, за лучшей долей. Недаром в этом участвуют СС и полиция – сгоняют людей как скот в теплушки, отрывают от земли, семей, превращают в рабов. И счет пошел уже на миллионы.

– Мы не позволим, чтобы главной задачей украинской армии стала борьба с оккупационными властями, – отчеканил куратор.

– По УПА издан приказ о запрете нападений на солдат вермахта, который ведет борьбу с большевиками. Каждый такой случай подлежит расследованию с жестоким наказанием виновных, – объявил Дантист.

Действительно, борьба украинской армии с немецкой оккупацией пока выражалась в грабежах обозов и уничтожении полицейских подразделений, состоявших из поляков.

– Герр Ковган. Мы позволяем вам покусывать нас. Не больно. Но зверю нужно много крови. Ему нужна жирная добыча. Такая, как Волынь.