Пленница Хургады, или Как я потеряла голову от египетского мачо

С голой жопой он у себя на родине ни одной девушке на фиг не нужен. Таких, как он, только наши, русские, подбирают.

— А он и не с голой жопой, — покачала я головой. — У него собственный магазин имеется. Я тебе уже об этом рассказывала. А на египтянке он не женится потому, что меня любит. Я ведь тоже ни за какого русского Ивана не иду. Жениться на европейке в Египте очень даже престижно. Можно сказать, что мой Валид вытащил счастливый билет. И не стоит намекать, что мой любимый мужчина — альфонс, с деньгами у него все в порядке. Магазин у него хоть маленький, но удаленький. По нашим российским меркам Валида вполне можно назвать бизнесменом.

— Да все тамошние мужики хвалятся, что свои магазины имеют, а на самом деле — в чужих продавцами работают. Ты же у него документы не видела на этот магазин. Даже если он и бизнесмен, то ты там какого черта будешь делать? Вместе с ним торговать в лавке?! Выйти замуж за египтянина — это достаточно серьезный шаг. Ты же ничего еще толком не видела: нужно посмотреть на его семью, на жилищные условия. Как ни крути, но свободы у женщины там нет.

— Валид обещал познакомить меня со своей семьей. Она в Каире живет.

— Так что ж до сих пор не познакомил?

— Времени не было.

— Какие мы занятые!..

— Он обещал, что меня очень хорошо примут. Как родную. Он сказал, что у меня с первой минуты знакомства с его матерью не возникнет и мысли, что я попала в чужую семью. Да и что мне переживать? Тем более, мы будем жить отдельно.

— Нужно хорошо изучить египетское законодательство и всегда держать при себе определенную сумму денег для того, чтобы иметь возможность вернуться на родину. Прежде чем ехать, необходимо просчитать все шаги к отступлению. Мне вообще дико думать о том, что ты хочешь выйти замуж за человека из другой страны с совершенно чуждыми нам традициями. Ты же ведь сама понимаешь, что жизнь в Египте не сахар. На кой черт тебе это надо?! Там же скукотища. Как там можно жить? У нас намного больше возможностей.

— Там, где есть любовь, — это не важно.

— Что ты заладила, любовь да любовь. Я такой любви знаешь сколько в Хургаде видела?

— Неужели так много?! — прищурила я глаза.

— Даже больше, чем ты можешь себе представить. Официанты, гиды и другие работники отеля передавали мне записки с признаниями в любви. Хоть на паршивом английском, но все же передавали. Уборщик — и тот в первый день в своих чувствах признался, из полотенец лебедей сделал и кровать лепестками роз усыпал. Так что я, по‑твоему, должна была замуж за него выходить? Сантехник букет красивых цветов принес, а официант — халявные фрукты. При этом каждый из них говорил мне о том, что он меня любит. Даже дворник взглядом меня раздевал.