Огонь и сера

Его сильные руки обхватили Хейворд и подняли.

– Уберите мечи! Они пришли за мной, и я пойду с ними. Такова воля Божья!

Преодолев дурноту, Хейворд взглянула на Бака. Тот промокнул ей рану белоснежным платком.

– Оставьте, довольно! – пробормотал преподобный. Его лицо сияло, преисполненное светом.

«Ну конечно, – сообразила капитан. – Ведь это все по сценарию».

Неразбериха усилилась. Кто-то обнял Бака – вот наконец и «Иуда», – и Хейворд услышала:

– Иуда, целованием ли предаешь?

Копы оттолкнули преподобного от капитана. Раненый висок кровоточил, голова кружилась. Хейворд тошнило.

– Капитан? – окликнул ее кто-то из отряда. – Капитан Хейворд ранена!

– Офицер ранен! Нужен медик!

– Капитан Хейворд, вы как? На вас напали?

– Я в порядке, – сказала она, пытаясь прогнать дурноту; копы тем временем окружили ее, и каждый пытался помочь. – Все в порядке. Это просто царапина.

– У нее кровь!

– Не обращайте внимания, все в порядке. Я могу идти.

Ее неохотно отпустили.

– Кто? Кто на вас напал?

Тодд стоял рядом. Оглушенный вернувшейся человечностью, он с ужасом взирал на деяние своих рук.

Хейворд отвернулась. Еще один арест мог все испортить.

– Не знаю, – сказала она. – Да и не важно. Уходим.

– Мы отведем вас к «скорой».

– Я пойду сама. – Хейворд протягивали руки, но капитан отклоняла их. Зачем? Обычная рана в голову – такие всегда кровоточат.

На лагерь опустилась невероятная тишина. Бойцы заковали Бака в наручники и уводили, заключив в живой полукруг. Ученики наблюдали, сдерживаемые призывом учителя.

– Простите центурионов, – просил Бак. – Они не ведают, что творят.

Сила, что вела людей, исчезла. Бак велел разойтись, и ученики его послушались.

Все было кончено.

Глава 79

Д'Агоста молниеносно выхватил пистолет.

– А поцелуй меня в зад!

– Спрячьте оружие, идиот, – снисходительно вздохнул Фоско. – Пинкеттс!

Слуга вернулся, неся в руках огромную тыкву. По приказу графа он поставил плод на плиту перед камином.

– Не спорю, сержант д'Агоста, демонстрация прибора на вас произвела бы больший эффект. Но я не хочу возиться. – Фоско вернулся к столу."

"Д'Агоста отошел, убрав оружие в кобуру. Пендергаст тоже вооружен. Пусть только Фоско и его лакей дернутся!.. Кроме Пинкеттса в замке слуг не было – разве что повара.

– Ну, приступим. – Фоско взялся за прибор: с одного конца ствол украшала насадка в виде луковицы, а с другой – набор реле и кнопок. – Итак, гибель Гроува и Катфорта должна была совершенно сбить полицию с толку. Обоих я собирался сжечь. Однако, сами понимаете, простое сожжение или поджог дома не подошли бы. Своих жертв я не мог даже сварить. И тут я вспомнил про феномен, названный спонтанным возгоранием человека.