Огонь и сера

К чему это? На что Бак настроил людей? И почему сам он разочаровался, когда пришла Хейворд? Почему оставил ее и ушел? Откуда этот остекленевший взгляд, словно преподобный чего-то ждал? Значит, после первого раза, когда его не удалось арестовать, что-то случилось.

«Что именно?»

– Богохульница! – Тодд шагнул еще ближе.

Толпа плотнее окружила Хейворд. Свободного места почти не осталось, и капитан ощутила на шее зловонное дыхание. Сердце колотилось как сумасшедшее. Рука ближе подвинулась к пистолету.

В этом был некий смысл, его просто не могло не быть.

Хейворд быстро прокрутила в уме все, что знала об отклонениях, и сопоставила с поведением Бака. Что там говорил Уэнтворт? «Маниакальный синдром, возможно, даже комплекс мессии». В глубине души Хейворд все еще верила: Бак – не шизофреник.

Вот только... Комплекс мессии...

«Потребность быть мессией». Уэнтворт и сам не знал, насколько был прав.

И тогда пришло озарение. Надежды Бака, его обновленные цели открылись для понимания. Когда толпа называла Хейворд римлянкой, она имела в виду вовсе не Римскую католическую церковь. Она говорила о римлянах – о тех, настоящих. О римлянах-язычниках, солдатах, которые забрали Иисуса.

Теперь Хейворд стало ясно, почему Бак отвернулся от нее и ушел. Она просто не вписалась в его сценарий.

Капитан обратилась к толпе, закричав так громко, как только могла:

– Отряд солдат идет забрать Бака!

Людей словно ударило током. Хор насмешек и проклятий смешался, волна неуверенности прошлась от передних рядов к задним.

– Слышали?!

– Идут солдаты!

– Они идут! – поддержала Хейворд.

Люди подхватили крик, создав, как и надеялась Хейворд, эффект мегафона.

– Идут солдаты! Центурионы!

В рядах появилась прореха, и Хейворд увидела Бака. Преподобный вышел из палатки, и толпа вскипела от напряжения. Тодд уже в который раз поднял камень, но бросать пока не решился.

Этой передышки Хейворд и добивалась. Времени было всего ничего, но связаться с Рокером хватит. Капитан вытащила рацию и пригнулась, чтобы никто не заметил.

– Комиссар! – позвала она.

Коротко шикнула статика, затем крохотный микрофон проскрипел голосом Рокера:

– Да что у вас творится?! На вас напали, капитан? Мобилизуемся и входим в зону. Сейчас мы спасем вашу задницу...

– Нет! – резко ответила Хейворд. – Вы устроите кровавую баню!

– У нее рация! – завопил Тодд. – Предатель!

– Сэр, послушайте. Нужно тридцать три человека. Тридцать три. Ровно. И еще: у вас были копы, что работали под прикрытием, маскируясь под последователей Бака. Мне нужен один из них. Всего один.

– Капитан, я не пойму, что вы..."

"– Молчите, пожалуйста, и слушайте. Бак должен претерпеть страсти Христовы. Он – жертвенный агнец Нью-Йорка, поэтому и ведет себя так. И мы ему подыграем.