Ох, Мороз, Мороз...

Жарко тереться и шептать: «Ну давай, ну пожалуйста…».

И он наконец исполняет ее просьбу. Входит.

***Про восемнадцать сантиметров была, разумеется, идиотская шутка. Паша никогда не парился вопросом размера своего члена. Недовольных не наблюдалось, значит, все ок.

Но когда он вжался в горячий влажный вход и привычно двинул бедрами… Что-то его не пустило. На полдороге, так сказать. Думать о причине этого было в данных обстоятельствах сложно — думать вообще сейчас было крайне непросто. Но он честно несколько секунд пытался понять, почему и зачем, и что может быть причиной такого несоответствия их тел.

А потом самая очевидная причина вдруг вспышкой щелкнула в мозгу. И Паша прекратил свое ерзанье и замер.

Да не может быть… Он ж видел ее паспортные данные. Инга на два или на три года его младше. И она… она… девственница?!

Пока он пребывал в ступоре, осмысливая произошедшее, Инга вдруг всхлипнула. Сильнее вдруг сжала его плечи.

— Паша… — тихим, едва слышным шепотом. — Паша, ты же обещал…. Что мы не остановимся. Пожалуйста… Не останавливайся.

Еще один всхлип. Она начала дрожать под ним. А Паша снова перестал думать. Пустое это сейчас. Ненужное. И он сильнее, преодолевая сопротивление ее тела, двинул бедрами вперед. Вот и все.

Он услышал, как она вдохнула, а выдохнуть не могла. Как замерла и сжалась.

— Больно?

— Нет.

— Врешь.

— Ты обещал, что не остановишься…

И что ты с ней будешь делать? Да и не мог он уже остановиться. Тело требовало свое. Тело хотело двигаться в этой влажной горячей тесноте — быстро и напористо. И плевать на все.

— Паша… — она уткнулась ему губами в ухо. — Паша, пожалуйста…

И почему у него такое ощущение, что сейчас, именно сейчас он шагает прямо в неизведанное, в пустоту, туда, где иным будет все, включая его самого?

Павел подсунул ей ладонь под поясницу.

— Обними меня крепче, Инга.

А дальше он все-таки и правда совсем перестал думать.

***На кожаном диване было лежать неудобно — он огромный, но совершенно не приспособлен к тому, чтобы на нем лежали два человека. Огромный, но места на нем мало. А еще он скрипит. И липнет кожей к коже.

Павел встал. Обнаженное женское тело угадывалось контуром на темно-коричневой поверхности дивана. И он, и Инга — совсем недавно были довольно громкими, но это Пашу не волновало — у кабинета прекрасная звукоизоляция, да и приемная заперта. Он не знал, чем нарушить тишину теперь.

А поэтому наклонился и подхватил девушку на руки. Инга судорожно вцепилась ему в плечи.

— Что?.. Куда?..

— Принимать ванну, — хмыкнул Павел. — Не снимая часов.

***Он действительно отнес ее в ванную комнату. Потом принес ее одежду, подал в руки полотенце. Все это время на нем из одежды были только часы.

Но вы не беспокойтесь, они water resist.

Инга приняла душ — раз уж ее сюда принесли.