Охота на охотника

Может, чуть великоват, хотя он контурный. По фигуре съеживается.

Девушка взяла сверток и направилась в угол, куда показал старик.

— Только не подсматривать, — предупредила она, не оборачиваясь.

Сандерс достал из холодильника бутылку воды, отпил глоток и вздохнул. На Ривьере они принимали душ вместе…

Послышался плеск воды и визг Виктории.

— Людвиг, старый ты хрен! Вода холодная!

— А как я тебе ее подогрею? На костре, что ли?

Сандерс усмехнулся. Да, госпожа баронесса, это вам не то, к чему вы привыкли. Хотя, как полевой агент, она, видимо, привыкла ко многому.

И стаж у нее не многим меньше, чем у него. Надо же, не планета, а рассадник шпионов. Содружество, Фионимар, русские и напоследок тот, кто сидит в развалинах. Интересно, что ответит «контора» на его запрос, который он отослал с компа Уэйнстейна. Если Уолш передал его сразу, то утром должен придти ответ.

— А полотенце есть? — снова крикнула Виктория, перекрывая шум воды.

— Что ж такое, — Людвиг выбрался из глидера и достал из шкафа рваное банное полотенце, — поработать спокойно не дадут.

— Давай я отнесу, — сказал Сандерс. Людвиг подозрительно взглянул на него и погрозил пальцем.

"

"— Ты, гляди там… не очень-то.

— Ты, Людвиг, знай себе, в железках ковыряйся, — в сердцах сказал Сандерс, отобрал полотенце и зашагал к Виктории.

Если в углу, где у Людвига была оборудована комната, был хоть какой-то свет, то здесь приходилось продвигаться почти на ощупь. Сандерс остановился, ожидая, когда глаза привыкнут к полутьме. Постепенно он стал различать впереди, под струей воды, обнаженное тело Виктории. В горле пересохло. Сейчас он видел даже полоски от купальника. Надо же, загар еще не сошел… Он замер в неуверенности, не зная, на что решиться, оглянулся назад, забросил полотенце на плечо и стал расстегивать рубашку.

— Не надо, Дик, — услышал он сквозь плеск воды тихий голос, — я не хочу так. Мы не животные.

— Нет, мы не животные, но будет ли другая возможность? — хрипло спросил он, продолжая раздеваться.

Он бросил одежду на пол и шагнул под ледяную струю. Дыхание перехватило, однако он тут же перестал ощущать холод — тело Виктории, желанное, как никогда, манило его к себе. Он положил руки ей на плечи, притянул к себе.

— Не надо, — снова шепнула она, но он уже чувствовал на лице ее губы.

Он провел руками по ее спине, спустился к талии, положил ладони на ягодицы и прижал ее бедра к своим. Она приникла к нему, ее дыхание было горячим, губы настойчивыми, руки, обжигая прикосновениями, скользили по его груди, животу. Они слились телами, дыханием, казалось, даже мыслями.

Она прислонилась спиной к стене, он положил ладони ей под ягодицы, приподнял ноги и медленно вошел в нее. Она укусила его плечо, сдерживая крик.