Она моя…

– Васель, я не сахарная. Не растаю. Все хорошо.

Не выдержала и тоже протянула руку к его щеке, нежно проведя по ней тыльной стороной руки.

– Твоя ямочка на щеке сводит меня с ума.

Он как- то немного смутился, перехватил ее руку и тихо ответил.

– Это не ямочка, это шрам. –  Ему явно было неловко.

Влада осеклась.

– Прости…

– Ничего, зато он привлекает красивых женщин, – с лукавой усмешкой снова посмотрев на нее, добавил он.

Ее тут же кольнуло внутри…Так не хотелось допускать в этот идиллический мир, принадлежащий в эту минуту только им двоим, мысли о каких – то других его женщинах, с которыми он, возможно, точно так же, как и с ней, сидел в этом самом кафе… После проведенной на яхте ночи… Сердце скрутилось в сухой чайный листок…

– Мой дядя натравил на меня собаку, – вдруг вернул он Владу к разговору из ее мрачных мыслей еще более мрачным заявлением.

– Дядя? – переспросила она, не до конца понимая его.

– Да… Он старше меня всего на 7 лет…Забавно…Это было в первый год моего приезда в Сирию…

Видимо, шок на ее лице был столь сильным, что он решил рассказать поподробнее.

– До меня Авад был самым младшим в семье, ревновал моего деда…Сначала к моему отцу, а потом ко мне…Но если все остальные в семье по понятным причинам были для него табу, то на мне он решил выместить все свои обиды и комплексы, тем более, что я был для всех чужаком… Мне было 14, ему 21. А сам –  мальчишка мальчишкой… Мне кажется, он и сейчас таковым остался…

– Ты говоришь про Авада Али? Не шутишь? И это тот самый мужчина, который контролирует все и вся в Сирии? Все говорят, он очень властный…, –  не могла поверить Влада своим ушам.

Васель усмехнулся, опустив глаза в пол, словно думая о чем- то.

– Поверь мне, детка, именно такие люди, как правило, и бывают инфантильными… Это такой типаж. Посмотри примеры в истории…У всех жестких людей – параноиков были свои детские страхи и слабости…

Влада глубоко вздохнула – То есть, ты его оправдываешь?

– В смысле? – Переспросил Васель, – куколка, вопрос не в том, оправдываю ли я его или нет.

Да, мы разные, но мы – семья… Он может сколь угодно плохо относиться ко мне, а я к нему. Это наше личное. Такое бывает во всех семьях…Но он мой родственник. Мы на одной стороне баррикад…

– Ты оправдываешь его действия? – не унималась Влада. За Авадом Али ходила дурная репутация. Жестокий вояка, глава «ястребов», стоящих за насильственный метод решения сирийского кризиса, любимец матери, через которую все время пытался давить на президента.