Она моя…

– Ему это не понравится. Я знаю, о чем я говорю…"

"Не понравится ему… Девушка была в ярости, если мягко выразиться. Это что за террор? Это что за хамство? Он что, османский султан, который запрещал после проведенной со своей наложницей ночи к ней прикасаться кому – бы то ни было до конца жизни? Захотелось назло пойти и прилюдно соблазнить Егора. Вот только она не сможет так… Она все еще маленькая неопытная девушка, влюбленная, разбитая.... Слова Аймана полностью выбили из колеи. С одной стороны, эти двусмысленные намеки о том, что ему не все равно… Зачем эта глупая надежда….

С другой, тотальное равнодушие Васеля. Ведь он пропал, ведь его больше нет в ее жизни… Что мешало ему позвонить ей, хотя бы сказать пару слов о ее интервью… Но нет, он жил своей привычной разгульной жизнью, она же сошла с его корабля на берег. В прямом и переносном смыслах… Влада ехала домой вся в слезах, и теперь ей действительно мерещились в каждой машине на соседних полосах его охранники. И она сама не знала –  хотела бы она, чтобы это было правдой, или это ее бесило…

Глава 16

Сказать, что ее настроение было паршивым, не сказать ничего… Вдруг пришла осень.

Как только Его не стало в ее жизни, наступило похолодание… Внезапно, за один день… Словно это был не сентябрь в арабской стране, привычно обласканный теплом уходящего лета. На улице дождливо и ветрено, так же было и на душе. Впервые за долгое время Влада не была рада выходным. Прошло всего четыре дня без него, а она уже так скучала, так остро ощущала его нехватку… И когда же он стал так жизненно ей необходим? Когда она успела так прирасти к нему душой? Для любви достаточно и мгновения. Все остальное, что приходит со временем –  что угодно, только не любовь –  привычка, покой, благодарность… Но не любовь в ее самом ярком, страстном понимании.

Снова оставаться один на один со своими мыслями, снова уходить в воспоминания, от которых было так больно. Какой наивной она была, полагая, что сможет сохранить себя, влезая в авантюру с ним. Что он не поглотит ее, что, возможно, заберет тело, но оставит душу… Сердце ныло, а от завывания ветра в окнах становилось еще более пронзительно неприятно.

Она так и не придумала сюжет для нового материала, хотя понимала, что действовать надо оперативно, популярность журналистов –  товар скоропортящийся.

Вся надежда была на предстоящую поездку, разрешение на которую их группа во главе с Егором ждала от властей со дня на день. Зазвонил телефон, но она не хотела подходить. Надо было вставать, но ей было лень. Ей все теперь было лень… Телефон трезвонил снова и снова, и Влада все- таки заставила себя вылезти из- под одеяла, чертыхаясь. В конце концов, она находится тут по работе.