Ониксовый шторм

Ведь я попросила Фариса о личной услуге, чтобы вам было удобнее во время разговора. Я никогда не сомневалась в твоем интеллекте, Ксейден. Ты всегда был умным мальчиком.

И все же когда она потянулась к кубку, ее рука дрожала.

– Скажите мне вот что. Если вы умрете, ваши драконы тоже умрут? – поинтересовался Фарис, меняя тему.

– Это зависит от дракона, – ответила я. – Но обычно нет.

– Грифоны умирают, – добавила Кэт. – Они формируют связь на всю жизнь.

Фарис заморгал."

"– Связывать свою жизнь с жизнью другого существа, особенно такого хрупкого и уязвимого, как человек, кажется весьма опрометчивым решением.

 – Он нахмурил брови. – Вы уважаете своего грифона за принятое им решение?

– Я уважаю ее за то, какая она есть, и доверяю любым принятым ею решениям, – ответила Кэт. – Грифоны и та жертва, которую они принесли, связав свои жизни с людьми, помогли нам выиграть Великую войну и пережить столетия войны после.

– Вы говорите прямо как особа королевских кровей. – Наири с прищуром разглядывала Кэт. – Талия говорит, что вы стоите в очереди на престол Поромиэля.

– Если королева Марайя решит не заводить детей, то после нее трон перейдет к моему дяде.

А после него прекрасная королева получится из моей сестры. – Кэт вновь взяла в руки нож и вилку, словно бросая вызов своим собеседникам.

Наири перевела взгляд на Ксейдена, а затем на Аарика.

– За этим столом собралось так много особ королевских кровей. Так много потенциальных союзов. Почему вы не заключили династические браки между собой? Это же так глупо… Ведь вы могли бы обеспечить лучшее будущее и родить наследников, которые объединили бы ваши королевства.

Курица застряла у меня во рту.

Во взгляде Миры читался невысказанный вопрос: «Ты можешь поверить в то, что несут эти люди?» – и это меня успокоило.

– Королем станет мой брат, – ответил Аарик, спокойно разрезая курицу, словно это был совершенно обычный ужин. – Пусть и ужасным. Наследники и союзы – не моя забота. Я буду сражаться на этой войне и, скорее всего, на ней и погибну. Но я умру, зная, что пожертвовал своей жизнью ради защиты других.

– Честь никогда не была ровней мудрости. – Наири вздохнула и перевела взгляд на Ксейдена. – А у тебя какое оправдание? Мы еще несколько месяцев назад узнали, что тебе вернули титул.

Получалось, до них доходили последние новости. Они знали о восстании. О казни Фена. Я сделала глубокий вдох, чтобы охладить мгновенный яростный гнев, обжегший мне горло. Я наградила Талию совсем не дружелюбным взглядом. Она знала и все равно оставила Ксейдена там и даже не попробовала вернуться.

Не убирая руки со спинки моего стула, Ксейден ткнул вилкой в ломтик картошки:

– В таком случае вы должны знать, что я не принц, а герцог.