Ониксовый шторм

Я начала медленно опускаться, более чем готовая почувствовать его член внутри себя.

Ксейден зашипел сквозь стиснутые зубы, когда головка его члена скользнула между моими бедрами, и я поступила точно так же, когда она потерлась о мой клитор, отчего мириады искорок засверкали в каждой клеточке моего тела.

– Еще рано, – прорычал он сквозь стиснутые зубы.

Я впилась пальцами ему в плечи:

– Я могу и умереть, если ты заставишь меня ждать…

– Никто и не говорил, что тебе придется ждать. – Он поднял одну мою ногу и опустил на верхнюю часть мягкого подлокотника кресла, затем проделал тот же трюк с другой ногой и наградил меня озорной улыбкой.

Его руки скользнули к моей заднице.

– Хватайся, любовь моя.

И прежде чем я успела спросить, за что хвататься, тени обвили мои руки и потянули их к высокой мягкой спинке кресла.

– Что ты де…

– Поклоняюсь тебе.

Ксейден схватил меня за задницу и притянул мои бедра прямо к своему рту.

Я вскрикнула от первого же прикосновения его идеального языка, и лишь его руки и тени удержали меня от падения. Раскаленное добела желание молнией пронзило меня, сила достигла частоты, при которой она отдавалась вибрацией по всей поверхности моей кожи с каждым движением его языка.

И снова. И снова.

«Я никогда не смогу насытиться тобой, Вайолет».

Ксейден лизал, ласкал и сосал с таким увлечением, словно у него нет и не было никаких других планов на эту ночь, его руки и тени прочно удерживали меня на месте, пока мои бедра молили о продолжении.

– Ксейден, – застонала я. Удовольствие и сила закручивались внутри меня горячей настойчивой спиралью, такой тугой, что мои мышцы застыли, а бедра задрожали. – Не останавливайся.

Он довел меня прямо до края и дальше.

Сверкнула молния, осветила комнату, за ней тут же последовал гром, а я распалась на бесчисленные осколки, разбитая волнами блаженства, которые накатывали, накатывали и накатывали. Ксейден скользнул двумя пальцами внутрь меня и принялся двигаться в такт языку, и оргазм, который должен был уже угаснуть, перетек во второй, такой же яркий, а может, даже чуточку более резкий.

«Ты такая мокрая, что я войду в тебя одним толчком», – произнес он, когда я безвольно, с дрожащими руками повисла на спинке кресла.

– Оставайся там.

Ксейден поцеловал меня в живот, затем выскользнул из-под меня.

Я дернулась было, но тени держали крепко. Проклятье, я так хотела прикоснуться к нему, поцеловать, поклониться его телу и проделать с ним то же самое, что он сейчас сотворил с моим. Но если ему хотелось…

– Ты – все мои фантазии. – Его губы коснулись края моего уха, и я вздрогнула. Он опустил мою ногу на сиденье, и кресло скрипнуло, когда он поставил рядом мое второе колено. – Обернись.

Я обернулась, Ксейден склонился надо мной и поцеловал крепко и горячо.