Операция 'Одиночество'
Дмитрий Воронин
Ракета, которой надлежало воткнуться в хвостовой сектор гейгена ""Криса"", проскочила на несколько десятков метров дальше, чем следовало, и врезалась в защитное поле уже ""поймавшего"" один подарочек рекна. Яркий голубой всплеск - защита на последнем издыхании... а тут и лазерный залп с маленького кораблика добавил масла в огонь - защита ""Бердыша"" перестала давать блики, поле погасло. А через мгновение четыре почти параллельных луча пронзили боевую рубку, превратив тонкую электронику приборов, а заодно и пилота в кучу горелого дерьма.
- Мой готов - почти одновременно доложил Дженнингс, теоретически выполнявший в бою роль ведомого в звене.
- Давай, у меня тут еще один остался... У тебя ракеты остались? У меня пусто, а этот гад еще даже не поцарапан.
- Один ""буран""... Но мы его и так достанем. Диди, старайся заходить со стороны движков.
- Яйца курицу не учат. Алло, ""Тренер"", я ""Миледи"". От конвоя остался один, мы им займемся. Можете начинать концерт!
- Добро, ""Миледи"", побыстрее заканчивайте.
Небольшой по сравнению с огромными транспортами, но смертельно для них опасный эсминец вынырнул из-за астероида и быстро наращивая скорость стал догонять караван.
- Торговым кораблям немедленно остановиться. Повторяю, немедленно остановиться. Погасить С-драйв. При невыполнении приказа через пять минут открываю огонь. Повторяю...
- Мы мирный караван, наши корабли не несут оружия...
- Повторяю, немедленно погасить С-драйв. В вашем распоряжении четыре минуты.
Несколько захваченных в плен в последних боях рекнов на допросе вели себя злобно и вызывающе, всем своим видом выражая огромную ненависть (непонятно только, откуда взявшуюся) ко всем людям вообще и к присутствующим в частности. Имперские истребители Рекна редко отступали, однако никто из них самоубийцами не был, тем более капитаны торговых судов, которых, хоть и с некоторой натяжкой, можно было назвать ""гражданскими"" лицами. Прекрасно понимая, что эсминец может за несколько минут угробить оба транспорта, даже не прибегая к торпедированию, и осознавая, что десяти минут до возможного выхода на струну у них нет и в помине, капитаны приняли единственно возможное решение.

















