Операция 'Одиночество'
Дмитрий Воронин
Хак ей не по зубам, но ты, влюбленный идиот, идешь по лесу с открытым забралом. Один укус, и нам пришлось бы выбирать себе другого командира.
- Я твой должник, Рич.
- Брось, парень. Хотя... должник, говоришь?
- Все, что угодно!
- Ладно... Значит так, после возвращения на базу обещаешь месяц не нырять к этой... гадюке под одеяло. Слово?
- Рич...!
- Ты сказал - ""все, что угодно"". Слово?
Дик ненавидящим взглядом посмотрел на товарища, хотя в глубине души понимал, что прямолинейный немец желает ему добра, по крайней мере со своей точки зрения, и использует для этого подвернувшуюся возможность.
- Ладно...
- Ни с места! - голос, раздавшийся за их спинами заставил Дика обернуться как ужаленного и лишь в последний момент он удержался, чтобы не спалить все вокруг себя. Рич тоже занял боевую позу, ствол бластера лихорадочно искал цель."
"- Анни, ты что, с ума сошла? А если бы я выстрелил? - Дик был настолько возмущен выходкой девчонки, что почти забыл про ее мужа.
- Не попал бы - голос раздался совсем с другой стороны. Аня вышла на поляну с бластером в руках.
- Все в сборе? - Рич как всегда остался невозмутим, хотя неодобрительно посмотрел на жену.
- Теперь почти все. Нет только Эрика, но у него, кажется, были повреждения шлюпки. Подождем... - она осеклась, увидев мрачное выражение лица Старка, перевела взгляд на мужа. Тот молча кивнул. Анни расплакалась - капитан чуть ли не в первый раз видел слезы на глазах всегда спокойной девушки.
Десантники собрались около шлюпки, чтобы в последний раз обговорить дальнейшие действия.
Анни налегке пойдет первой. В обычной ситуации Дик никогда бы не пустил женщину впереди себя навстречу опасности, но миниатюрная японка, унаследовавшая от своих предков гены нинзя, умела передвигаться абсолютно бесшумно. Ей предстоит играть роль головного дозора.

















