Операция 'Одиночество'

Конечно, истребители и с той и с другой стороны плевались друг в друга огнем, и тут Патруль, не имея преимущества в количественном плане, заметно опережал противника в качественном - его более верткие машины пока понесли лишь незначительный урон.

Удары мезонных орудий все же зацепили одну из старых калош, и сильно пострадавший крейсер ушел в атмосферу, понимая, что там истребители за ним гнаться не станут. Остальные продолжали крутиться волчками, явно стараясь любыми средствами оттянуть свой неизбежный конец.

""Оттянуть!!! - мелькнула в мозгу Бразраара мысль, которую сам он, трезво рассуждая, склонен был бы назвать панической - Конечно.

.. Как же я не понял. Алмейда готовит контрудар, а эти гробы просто тянут время. Но раз контр-адмирал решил подставить пять крейсеров под мои пушки только для того, чтобы атаковать меня в спину, значит... значит, у него есть чем атаковать"".

Придя к такому заключению, адмирал в первый же момент собирался дать команду об отступлении, однако вовремя остановился. Причин тому было две во-первых, контрудар Алмейды - это всего лишь его, Бразраара догадки, а во-вторых, Император сочтет это отступление бегством.

И так в последнее время он находится если и не в опале, то достаточно близко к этому, а если он сейчас ошибется, то ему вообще не сносить головы.

И Бразраар промолчал. А спустя шесть минут и четырнадцать секунд принимать решение об отступлении стало уже поздно.

Полыхнуло зеленое пламя и экран масс-детектора заполнился отметками. Зеленые точки - это обнаруженные цели, передававшие сигналы ""я свой"", красные - все остальные. Красных было не так уж много, хотя на большая часть истребителей Алмейды еще не покинули свои флайдеки - лишь около десяти процентов средних и тяжелых машин (в основном средних, группу тяжелых представляли только ""Монингстары"", остальных контр-адмирал не собирался выпускать в бой) прошли последний бросок самостоятельно.

Сергеев, вместе с адмиралом стоявший у ""алтаря"", поинтересовался:

- Ты вообще не хочешь выпускать тяжеловозов?

- Не хочу. У меня свой взгляд на эти вещи, и с Ченнингом я во многом не согласен. Видишь ли, тяжеловозы... ну ты же изучал тактику боя, должен помнить.

- Опомнись, Франсиско, когда это было.

- В общем, всегда предполагалось что хорошо защищенные тяжелые машины создают ударный конус, который атакует цель, легкие их прикрывают, а средние занимаются, так сказать, свободной охотой.

- Кажется, это вполне логично. - пожал плечами Сергеев. Он никогда не был великим тактиком, его таланты были направлены в область психологии, поэтому этот разговор открывал для него нечто новое - образ мышления одного из лучших флотоводцев Федерации.

- Да, до тех пор, пока данную схему не начинаешь применять в деле.