Осколки тебя

Он смотрит на друга, серые глаза сузились, и на его лице больше нет улыбки. И пусть Картер уже отвернулся и что-то говорит тренеру, шестое чувство мне подсказывает, что Николас понял, на кого он смотрел, а значит, следует ждать неприятностей. И точно не Райту.

— Лена, так ты скажешь Нику об Алисии? — просит Виктория. — Пожалуйста, пожалуйста! О боже, как же тебе повезло с братом! Ты можешь запросто войти к нему в комнату и поговорить. А в грозу сесть и сыграть вдвоем в «Скрабл» или в «Охотник на монстров»*! А меня Картер совершенно не слушает! Считает, что он самый умный и все сам решает!

Ничего подобного. Насчет семейной игры. Но я не стану ей об этом говорить.

— Вик, но разве в Николасе дело?

— Конечно! — девушка уверенно кивает — черный хвост гордо слетает с худого плеча. — А в ком же еще? — искренне удивляется.

— Ну, хорошо, смотри, — набираюсь я терпения. — До Алисии была Мэнди, до Мэнди — Кэролайн, а до Кэролайн — милашка Грейс, — напоминаю я. — Помнишь? И всех их ты называла стервами и грозилась убить. Всех, Вики.

Виктория огорчается. Подумав, тяжело вздыхает, обхватывает меня рукой за талию и кладет голову мне на плечо. Спрашивает грустно:

— Помню. Думаешь, я неудачница?

Вот уж нет!

— Нет, я так вовсе не думаю. Я думаю, что ты просто влюбилась не в того парня.

Девушка отстраняется и обижается.

— Вот видишь, Лена! Даже ты, моя подруга, не хочешь мне помочь!

— Не хочу, — честно признаюсь и добавляю:

— Но только потому, что знаю: Николас не остановится на Алисии, Вик! За ней будет другая. И даже, если он выберет тебя — ваши отношения могут разбить тебе сердце, а ты это не заслужила.

— Он мне его уже разбивает, обнимаясь с этой дурой! Ненавижу ее! Ненавижу их обоих! — но злости у Виктории надолго не хватает, и она тут же мечтательно вздыхает: — А вдруг он меня полюбит, Лена? Вдруг я — его судьба?!"

"Я молчу, не зная, что ответить. Мне на самом деле неизвестно, способен ли мой сводный брат кого-нибудь полюбить. До сих пор он с девчонками обращался довольно легкомысленно, если не сказать пренебрежительно. Я не помню ни одной, на кого бы он смотрел так, словно она для него весь мир.

И девушка, не дождавшись ответа, отворачивается.

— Наверное, я этого никогда не узнаю, — произносит огорченно, — потому что Ник меня даже замечать не хочет. А все из-за Картера! Мой брат не позволит ему со мной встречаться, он сам сказал!

Кулачки Виктории с досадой сжимаются на коленях, и она резко выдыхает:

— Уж лучше бы в той аварии остался жив Алекс! С ним всегда было легче! Он меня понимал! А Картер, он как стена! Ему плевать на всех! Он делает только то, что сам хочет!

Она не произносит буквально следующее: «Лучше бы в тот день погиб другой брат», но именно это я слышу в ее словах и, как бы ни скучала по Алексу, меня это ужасает.