Остров Смертушкин

– Просыпайтесь! Мы даже не знаем, как вызвать врача! Откройте глаза!

Роман с трудом сфокусировал взгляд. Над ним склонились две встревоженные молодые женщины, имен которых он не мог вспомнить, даже когда сознание окончательно к нему вернулось. Наверное, несколько дней назад сам же их и нанял в эскорт-агентстве. Девушки должны были скрасить его холостяцкие каникулы, но в итоге только раздражали своей плоской светскостью и натужными попытками затянуть его в бессмысленный разговор. Обе оказались настолько чуждыми, что с ними не хотелось даже телесной близости, при всей их бесспорной красоте. К тому же девицы целыми днями ссорились друг с другом, грызлись, как две паучихи, накрытые стаканом.

– Наконец-то! – обрадовалась та, что помоложе.

– Что это было? – Роман даже не сразу узнал собственный голос, так слабо и хрипло он звучал.

– Ничего… Вы говорили про какой-то остров, а потом вдруг упали. Мы лили воду вам на лицо, но вы не реагировали. Катерина пыталась сделать вам массаж сердца. Но потом решила, что у вас, наверное, нет сердца, – неловко пошутила девица.

– Ясно… – Роман с трудом поднялся и, покачиваясь, подошел к бортику.

Его немного мутило.

* * *"

"Телефонная трель ворвалась в нервный сон Ларисы. Она засыпала пьяной, накануне вечером ее пригласил на ужин один из тех мужчин, чей статус не позволял сказать ему «нет». Лариса даже не смогла вспомнить, откуда они знакомы, впрочем, женщины ее круга часто «сливали» друг другу кавалеров. Человеку со стороны это могло показаться нелогичным – всё-таки конкуренция, жестокий мир утекающего сквозь холеные пальцы времени. Но такая взаимовыручка создавала общий контекст – специфическую социальную сеть, которая давала каждому, кто в ней оказался, шанс на приятную случайную встречу.

Мужчине Лариса не понравилась, он был разочарован и даже не пытался этого скрыть. Они чинно сидели в полупустом ресторане, в котором бутылка вина стоила больше, чем самые дорогие ее туфли. Мужчина заказал для нее спаржу на гриле и крабовый крем – Лариса ненавидела и то и другое, но послушно глотала. Разговор не клеился. Мужчина заказал коньяк, потом виски, потом еще кальвадос, Ларисе же предлагал только минеральную воду, поскольку еще в самом начале вечера сообщил, что больше всего ненавидит московский климат и пьяных баб. Лариса пыталась нащупать какие-то общие темы – она была искушенной собеседницей, городской Шахерезадой редчайшего сорта, но каждая ее реплика повисала в воздухе, как нож гильотины. Надо было уходить, но она зачем-то продолжала давиться спаржей и источать доброжелательность.