От босса беременна

Маленькое сердечко его малыша, что я ношу под своим сердцем. Его частичка, его плоть и кровь, которую он так тщательно отрицает…

Но ведь я рожу. Пусть и не скоро, но все же, осталось чуть больше полугода, и на свет появится его наследник. А если он точно так же будет унижать малыша? Считать его глупым, никчемным, ни на что не способным? Бедный мой мальчик или девочка, они родятся без отцовской любви!

Плачу, реву в три ручья, стараясь быстро смахивать слезы, чтобы никто не заметил.

Михаил поворачивается ко мне. Его глаза скрыты солнечными очками, в них отражается мое распухшее от слез лицо. Он видит в каком я состоянии, и его брови сводятся к переносице.

— Останови! — обращается он к водителю.

Водитель притормаживает около площади с торговыми точками. Я не понимаю, что происходит, поэтому просто пытаюсь продышать забитый нос. Михаил Захарович выходит из автомобиля. Ненадолго скрывается в магазине.

Возвращается с роскошным букетом роз. Розы красные, красивые, тугие нераспустившиеся бутоны на длинных стеблях, перевязанных белоснежной лентой.

— Это тебе. — протягивает он мне розы, садится рядом со мной.

— Эм… — непонимающе смотрю на него, хлюпая носом.

— Не должен был тебе грубить. — поясняет гендир. — Не расстраивайся. Ну вот такой я: грубый и не сдержанный. Привыкай! Ради тебя меняться не собираюсь! Не собираюсь, сказал!

Глава 38

МИХАИЛ ВОРОНОВ

М-да… не такую я представлял себе поездку с Овечкиной. С этой беременностью она стала хрупкой и ранимой. Чуть что сразу в слезы, не держит удар. Моя бывшая жена Эвелина послала бы меня уже раз сто, а Кристина развешивает нюни. Мне не нравится ни один из этих сюжетов. Эвелина была слишком наглой — Кристина скромная до зубного скрежета. Не понимаю, что мне еще нужно?!

Но мне не хочется сильно расстраивать и абьюзить девушку. Ей явно плохо. Низкое давление — не шутки. Поэтому, когда мы наконец добираемся до отеля, я решаю оставить ее в номере отдыхать до завтра.

— Зарезервирован стандартный номер на имя Овечкиной Кристины, — строит мне глазки рецепшионистка.

— Угу. — хмыкаю я. — Пусть, но вещи ее доставьте в мой номер.

Кристина ошарашено поворачивается на меня.

— Но… — пытается слабо возразить, краснея, точно букет, который она сжимает в руках.

— Без «но»! — жестко выдаю я.

Рецепшионистка заполняет бумаги, а Кристина тянет меня за рукав в сторону.

— Чего тебе еще? — бурчу я.

— Ну знаете ли, Михаил Захарович! — сверкает мое несчастье на меня зелеными глазами, — Это уже слишком! Я не буду спать в вашем номере! Я не буду спать с вами!

— Тихо! — рычу я. — Думаешь, я с тобой спать собираюсь?!

Кристина розовеет еще больше. Лучше уж так, а то была до этого бледно-зеленой.