Отбор для неудачницы

Вокруг него теперь фон ровный, сильный. Не гудит, не дрожит. И ты не поверишь, но у его подножья пробилась трава. Не вот эти унылые поросли, что встречаются в долине, а нормальная, сочная, зеленая трава. А ближайшие маленькие лужи начали затягиваться.

— Земля оживает, — я удовлетворенно кивнула.

— Если ты подзарядишь все столбы, то барьер перестанет быть настолько унылым местом, — внезапно он стал серьезным, — попробуешь? Или все? Желание отпало?

Я удивленно посмотрела на джинна:

— Почему я должна передумать?

— Ты неделю без сознания была. Делар выпотрошил тебя, высосал все что мог.

— Ну и что, — я рассеяно повела плечами, — Я была готова к чему-то подобному. Оно того стоило.

Хельм замолчал, рассматривая меня, как чудную зверюшку, а потом произнес с немалой долей уважения:

— Тебе говорили, что ты дурная?

— Постоянно.

Он рассмеялся.

— Ты чудо.

— Да-да, именно так и говорят. Дескать, чудо ты чудное, дорогая Ксана. — я тоже рассмеялась. С ним было легко и просто. Не то что с некоторыми. И эти некоторые, как только меня не называли и иногда очень даже обидно.

— Ешь, — он кивнул на поднос, — тебе надо поправляться, восстанавливать сильны если действительно хочешь остаться и помогать.

— Хочу.

— Я сегодня поеду в долину. Постараюсь проверить как можно больше деларов. Посмотрю, какой выбрать следующим. Нам нужный четкий план, четкое направление, чтобы бессмысленно не метаться из стороны и не терять времени.

— Мне кажется, дальше пойдет проще, — предположила я, — я поняла принцип работы охранных столбов, и возможно мне удастся их подзаряжать, не выпадая потом на неделю из нормальной жизни.

— Не загадывай. Нам повезло во время вылазки, что только одна тварь появилась. Обычно они чувствую приближение людей и тут же начинают валить из всех щелей. В любом случае торопиться не будем. Времени предостаточно.

Под грудью сдавило.

Нольд завтра уезжает, а я думаю о том, как подзарядить делары. Стоит ли оно того? Ведь если блондин уедет, то, возможно, я больше никогда его не увижу. Ему так ненавистен этот барьер, да и я не тот человек, ради которого он согласился бы приехать еще раз.

— Хорошо, проверь, — голос не дрогнул, остался прежним, но раны внутри кровоточили и болели. Так страшно быть ненужной человеку, который несмотря ни на что стал так дорог, что жизни без него трудно представить.

Хельм просидел у меня еще не меньше часа, развлекая историями из жизни стражей барьера, а потом ушел на разведку. Меня снова сморил сон, в этот раз тревожный, наполненный смутными образами и звуками.

Зато, когда я проснулась, мое состояние улучшилось настолько, что я уже вскочила с постели и рвалась сбежать из лазарета. Меня не отпустили.