Отряд «Холуай». Из жизни моряков-разведчиков Тихоокеанского флота

— Зелёный, давай к тётке, — скомандовал я, и мы вальяжно подошли к тётке и начали её расспрашивать о возможности подойти в другие дни за коробками, рассказывать ей о том, какая она замечательная женщина, и нести всяческую ахинею. Женщине, видно, было скучно, она ждала машину с товаром и поэтому с удовольствием принялась с нами болтать, рассказав, что в следующую субботу можно без проблем подойти за коробками, а если у нас есть желание, то мы можем привести еще пару матросов и поработать вместо грузчиков на складе, соответственно за деньги.

Грузчики в субботу и воскресенье постоянно напиваются, а товар начали подвозить и в субботу и в воскресенье, так что, если захотим, можем с утра подойти — спросить Нину Фёдоровну насчёт работы. Подошёл флотский патруль, и молодой мичманец с повязкой начальника подозрительно уставился на нас. Мы отдали честь и продолжали беседу. Мичман помялся и послал к нам одного из патрульных матросов. Матрос со штатом электрика на рукаве, по всей видимости с «железа», сообщил нам, что нас требует начальник патруля. Мы, лихо рубя строевой шаг, подошли и представились. Мичман проверил наши военные билеты и увольнительные записки и поинтересовался, чего мы тут торчим. Пришлось объяснять, что следуем из увольнения, беспорядки не нарушали, водку не пьянствовали, увидели хорошие картонные коробки, которые могут пригодиться, попросили разрешения взять и теперь мило беседуем с тётей Ниной. Тётка тут же криком подтвердила, что она «разрешила мальчикам взять коробки». Мичман, призадумавшись, подошёл к тётке, мы, подхватив свои коробки, потихоньку ретировались, а патруль тем временем уже отбирал картонки на свою долю.

— Слышь, Брейк, хрен нам получится у тётки поработать, сейчас «рундук» с ней договорится, у него возможностей больше.

Ну, скорее всего, так оно и будет, да и удастся ли нам вырваться в следующее увольнение — одному каплейту известно.

Помощник дежурного, встречающий увольняемых, подозрительно покосился на нас, спросил, на хрена мы тащим весь этот хлам в роту? Заглянул в коробки сверху и отпустил восвояси.

— Александр Палыч, — заорал я, ввалившись в каптёрку, — смотри, что я принёс!

— Ух ты, коробки! — восхитился Федос, — в эту большую сухпай складывать будем, в те, что поменьше пилотки, а в эти…

— Достань те, которые сверху, коробки и посмотри, что внутри, — охладил я его рвение, грохнув картонки на пол.