Паноптикум

 — Следишь плохо, Влад Игорич, я так уже четвертый раз делаю. Ладно, давай новую партию. — Эмин потянулся к колоде. — И погнали дальше. Чукча, говоришь? Ну, смотри, создаю в заморском Мухосранске фонд помощи проживающим там чукчам. Мухосранск должен быть где-нибудь около третьего мира, потому что так будет минимальная огласка, у цепных нулевые результаты, отсутствие столкновений с властями и вполне себе возможно грамотно захерачить систему подбора контрагентов. Потом заимеем парочку мышей в правительственных или околоправительственных кругах для легализации вывода денежных средств по заранее оговоренным цепочкам. Проводим круглые столы и… опа. — Эмин прервался, удовлетворенно улыбнувшись уголком губ и выкладывая свои карты на стол. — Флеш-рояль, Казаков.

— Флеш-рояль… — Влад усмехнулся, прикусив губу, и прищурено глядя на выложенные карты Эмина. — Круглые столы… Ну, а дальше? — Краткий кивок в сторону колоды с подтекстом на новую партию. И не только на нее.

— Организовываем обучение жителей Мухосранска собирать ягель в новолуние по древним чукотским традициям. — Эмин хмыкнул, перемешивая карты и кивнул на предложенную Казаковым пачку сигарет, взамен его пустой. — Повышаем в обществе толерантность к чукчам. Минимально вмешиваемся в происходящее. Нанимаем положительных и тихих исполнителей, привлекаем волонтеродебилоидов, которым платим по минимуму, чтобы умный человек на это не подписался. Умные там не нужны, а то моментально раскроют схему и начнут говорить лишнее. Нанимаем журналистов, фотографов и какую-нибудь организацию «пиф-паф, ой-ой-ой, олень твой» — клуб тусовок чукчей и тех, кто их поддерживает. Через него хуярит основной траффик зелени. Самое важное — никакими способами не допускать сторонние организации, демонстрировать максимальную закрытость, не нанимать непроверенных контрагентов. Это сложно, согласен, но, во-первых, обрати внимание на то, что это будет просто пиздейшн как долгоиграюще, деньги можно чистить года два с минималкой по откатам, может даже два с половиной года, если получится подбить все максимально ровно. А подбить получится. — Эмин чуть прищурено смотрел в стол, медленно постукивая пальцем по грани бокала. — Да, это прокатит. И во-вторых, этот твой… как его… Короче, политическая дырка выхлопом не дотянется, как бы он кишечник себе не напрягал. — Кивнул сам себе и откинулся на спинку дивана, глядя на задумавшегося Казакова, смотрящего на колоду карт.

— Кипр? — Негромко уточнил Влад, не переводя взгляд на Эмина.

— Можно и Кипр. — Эмин скучающе зевнул и с укором посмотрел на хмыкнувшего Казакова. — Но его уже лет пятнадцать ебут в разных позах все кому не лень. Нах оно надо, когда тут так красиво зажечь можно.