Пария

Первым пригласил ее на танец и первым ей понравился, – Велир лукавил, говоря ранее о том, что моя мама его не слишком интересовала. Сейчас я видела перед собой человека, которого трясло от ревности и злости, и время не излечило его, – она бы полюбила меня! Непременно полюбила бы, я же был самым красивым мужчиной в королевстве. Но после того, как она узнала, что я женат, вмиг охладела.

Может такое быть, что он любил мою маму? Если даже спустя двадцать лет он не может ее забыть?

– Для такой безродной нищенки, какой была Элиза, даже любовница ария была бы ступенькой подняться наверх, – закончил он запальчиво.

– Но в итоге мама стала не любовницей, а женой ария, – не смогла отказать себе в ехидстве я, – а это более почетно, не так-ли?

Велир посмотрел на меня так, что мне захотелось спрятаться. Казалось, что сейчас он меня ударит. Глаза налились кровью, руки сжались в кулаки. Хорн несколько раз вздохнул, беря эмоции под контроль, и насмешливо ответил.

– Ты права. Только вот где сейчас она и ее муж, на которого она меня променяла? Элиза сделала неправильный выбор и умерла.

Мужчина обаятельно улыбнулся.

– Поэтому, делай правильные выводы, девочка. Подобное может произойти и с тобой.

«Непременно сделаю», – подумала грустно. Сердце болезненно ныло. Почему слабый мелочный завистливый человечек смог погубить такую благородную и великую личность, как мой отец? Или ненависть сильнее доброты? Ложь сильнее правды? А может, бороться со злом можно только теми же методами? На душе стало тоскливо и муторно.

Хорн подхватил меня руку и потащил на выход.

– Хватит разговоров. Надоело.

Мы вышли из кабинета и наткнулись на стоящего посреди приемной Эдварда с телохранителями.

– Какими судьбами, ваше высочество? – раздраженно бросил Хорн, останавливаясь. Я выдернула руку.

– Куда вы ведете мою фаворитку? – холодно поинтересовался наследник, мазнув по моему лицу напряженным взглядом. – Вы не имеете права забирать ее из школы.

– Фаворитку? – удивление судьи было непередаваемым. – Что-то не припомню, чтобы ее представляли ко двору. И договора не видел на своем столе.

– Договор был подписан сегодня утром, завтра он будет передан секретарю на согласование, – голос Эдварда соперничал с ледяной вьюгой, царствующей зимой у нас на севере, – а представить Денизу ко двору я собирался на следующей неделе, на балу в честь шестьсотпятидесятилетия правления Ремов.

В приемной воцарилось молчание. Вот и все. Моей репутации конец. Я любовница наследника. Глупо мечтать о том, что я выйду замуж за достойного избранника. С другой стороны – альтернатива жизни с судьей тоже никак не предусматривала замужества. Рядом с Эдвардом я хотя бы защищена от постельных притязаний судьи.