Пария

– Отлично, – отмер Хорн, взяв себя в руки, – но вы же помните, ваше высочество, что вам нельзя иметь бастардов. Это один из негласных законов королевской семьи, – он обернулся ко мне и произнес с улыбкой, – так что если ты останешься фавориткой, у тебя никогда не будет детей. Ты согласна загубить свой дар? Свою прекрасную магию?

Я угрюмо молчала, опустив голову. Эдвард подошел и встал рядом, беря меня за руку и переплетая пальцы.

– Пойдем, Дениза, – мягко произнес он, – судье пора во дворец, его ждут дела."

"Я покорно позволила увести себя из комнаты. Почему-то хотелось плакать. Каждый разговор с Хорном опустошал душу и мысли, выматывал до донышка. В ушах стояли последние слова взбешенного мужчины, упустившего свою добычу: «Ничего, Дениза. Я подожду».

Мы шли по коридору жилого крыла в сторону моей комнаты.

– Тебе нужно подписать договор, – тихо произнес Эдвард, склоняясь, – он стандартный, ничего страшного там нет. Я взял его с собой, когда шел в кабинет директора. Как только мне сообщили, что в школу приехал судья, я сразу же все понял.

Взмахом руки открыв замок, я кивком пригласила наследника внутрь. Он вошел и начал с любопытством оглядываться, осматривая металлические поделки на столе и подоконнике, картины на стенах. Телохранители остались за дверью.

– Где нужно подписать? – протянув руку, произнесла я.

***

Бал по случаю годовщины правления Ремов был одним из главных праздников в году. В середине весны столицу украшали разноцветными фонариками и цветочными гирляндами. Город утопал в зелени. На балкончиках, подоконниках, заборах и столбах вешали яркие подвесные кашпо. Всю эту красоту мне удалось увидеть, когда я решилась отправиться в лучший салон за платьем.

Эдвард ничего не хотел слышать о том, что я сама заплачу или куплю у контрабандистов в порту.

– Ты должна быть самой красивой на балу. На тебя будут смотреть все и, увы, оценивать не по твоему уму или достижениям, а по платью и украшениям. Это престиж королевской семьи, и твоя гордость здесь не уместна.

Он был, как всегда, прав. Я немного попрепиралась, но в итоге дала слово посетить указанный салон и записать расходы на счет королевского дворца. Один из телохранителей поехал со мной. Хорошо, что в нем работали профессионалы, и они избавили меня от принятия каких-либо решений, взяв все на себя. Платье, туфли, украшения, будущую прическу, макияж, духи. Мне оставалось только стоять куклой и думать о своем.

Договор я подписала, не глядя. Выхода не было. Один экземпляр остался у меня, другой забрал Эдвард тем же днем переправив его в королевский дворец. Через несколько дней, выкроив свободную минутку, я решила ознакомиться с тем, во что ввязалась, и ужаснулась.